Борис Блох

24/05/2018 - 21:31   Классическая музыка   Интервью
В музее А. Н. Скрябина на Арбате 26 мая выступит лауреат международных конкурсов Борис Блох. Он рассказал, почему выбрал программу в честь Гольденвейзера.

После окончания Одесской средней специальной школы по классу Э. В. Левинзон, Московской государственной консерватории по классу Д. А. Башкирова и отъезда из СССР в 1974 году, Борис Блох стал победителем нескольких международных конкурсов, среди которых: конкурс молодых исполнителей в Нью-Йорке, международный конкурс им. Ф. Бузони в Больцано. Сегодня музыкант активно концертирует по всему миру, удостоен нескольких престижных наград за выдающийся вклад в развитие международной Листианы. Он, также, частый гость на многих международных музыкальных фестивалях. Успешным можно назвать сотрудничество Бориса Блоха с Одесским, Нижегородским и Самарским оперными театрами, где он осуществил несколько новых оперных постановок. На концерте в исполнении Б.Блоха прозвучат произведения Бетховена, Шопена, Листа, Чайковского.

Борис Блох сыграет в Музее Скрябина

Сам артист говорит так: «Когда Музей Скрябина пригласил меня принять участие в серии концертов, посвящённых 100-летию музея, мне был дан список имён, связанных с его 100-летней историей, куда входили такие фигуры, как Вл. Горовиц, Мария Гринберг, А.Б. Гольденвейзер, Г.Г. Нейгауз и многие другие замечательные музыканты. Я выбрал А.Б. Гольденвейзера, а дату – 26 мая 2018.

Имя этого замечательного музыканта и человека окружало меня с раннего детства. Мои первые сонаты Моцарта и Бетховена я играл в редакциях Александра Борисовича, и эти редакции остались для меня родными и надежными по сей день. С тех пор много воды утекло, я познакомился с другими замечательными редакциями сонат Моцарта и Бетховена, но гольденвейзеровские редакции этой основы нашего репертуара, как и примечания к ним остались моей настольной книгой, я по прежнему обращаюсь к ним и, говорю это с уверенностью, - полагаюсь на них.

Тогда в детстве я ещё не знал, хоть уже об этом мечтал, что буду учиться в Московский консерватории. Более того, я поступил в класс Татьяны Петровны Николаевой, далее занимался у Дмитрия Александровича Башкирова, являющимися выдающимися воспитанниками Гольденвейзера. Таким образом все мое консерваторское обучение по специальности проходило в 42-м классе, где всю жизнь преподавал сам Гольденвейзер. Все те годы со стен класса на меня смотрели фотографии близких друзей Гольденвейзера-Рахманинова и Скрябина, и конечно же, убеленное сединами мудрое и доброе лицо самого профессора, а мемориальная доска, где высеченными на мраморе буквами писалось, что в этом классе с 1906 по 1961 год преподавал народный артист СССР профессор Александр Борисович Гольденвейзер, мне всегда внушала благоговение.

В те же годы я подружился с доцентом Московской консерватории Людмилой Сосиной, в прошлом аспиранткой и позже многолетней ассистенткой Гольденвейзера. От неё я узнавал много подробностей, связанных с жизнью и работой Александра Борисовича, делавшими его фигуру мне ещё более дорогой. Помню очень хорошо рассказ Людмилы Александровны о ее первом уроке, на который ей была задана «Тройка» из «Времен года» Чайковского. В Москву Сосина приехала из Одессы, где очень увлекались западной музыкой, особенно Шопеном и Листом, и фортепианный Чайковский был для неё ещё закрытой книгой. Недолго думая, она послушала запись этой пьесы Рахманинова, полностью, как говорится, «слизала» его интерпретацию и принесла эту пьесу на свой первый урок. Прослушал её, Гольденвейзер несколько минут сидел молча. Затем, встав в волнении со стула, резко закричал: «Сергей Васильевич Рахманинов был великий пианист!» Этого было достаточно, чтобы Людмила Александровна подобный «плагиат» себе больше никогда не позволяла. Никогда я не забуду рассказ Сосиной о том, как в тяжёлые годы сталинского режима в консерватории было устроено очередное показательное собрание, где нужно было «клеймить позором» новые жертвы, обличая их в бог знает чем: то ли «низкопоклонстве перед Западом», то ли «космополитизме», то ли «формализме» - короче, очередному партийному завихрению тех лет.

Одной из таких жертв должна была стать пианистка и педагог по камерному ансамблю Мария Соломоновна Неменова-Лунц, учившаяся по специальному фортепиано ещё у Скрябина. Это была хрупкая и тихая женщина, и когда началось это глумление, на неё было жалко смотреть. Все сидящие молчали, как вдруг Александр Борисович резко встал и с яростью обрушился на присутствующих. «Как вы смеете обижать Марию Соломоновну, эту чистую, беззащитную женщину, прекрасного музыканта, преданнейшего своей профессии человека. Вы что, не знаете, что все эти обвинения – вздор от начала до конца?!» Все стыдливо молчали, но Неменову-Лунц оставили в покое, Гольденвейзер отвел от нее удар!

Помню, как мне лично рассказывал один из любимейших учеников Александра Борисовича Лазарь Берман, стихийной виртуозностью которого, силой и масштабом его пианизма Александр Борисович очень увлекался. Почувствовав со стороны Бермана какую-то обиду, он, уже 83-летний профессор, сам пришёл к нему домой, поднялся пешком на верхний этаж, чтобы разобраться, в чем дело!

Не могу здесь ещё не заметить, насколько прозорливым человеком был Александр Борисович. В совсем ещё юном Башкирове он тогда уже разглядел яркий педагогический талант, назначив его своим ассистентом. Сегодня мы знаем, каким крупным педагогом стал Башкиров, из его класса вышли такие всемирно известные пианисты, как Аркадий Володось, Дмитрий Алексеев, Николай Демиденко, Эльдар Небольсин, Кирилл Герштейн и др.

И когда меня спрашивают о моей пианистической родословной, я всегда с гордостью говорю, что являюсь прямым потомком Листа, так как мои педагоги Николаева и Башкиров занимались у Гольденвейзера, он в свою очередь у Пабста, а тот – у Листа! И это бережное отношение к традиции, как залог создания и продолжения настоящей школы, есть только у нас в России!»

В программе концерта прозвучат следующие сочинения:

1-е отделение

Л. ван Бетховен - Соната для фортепиано c moll №.5 ор. 10/1
1ч. Allegro molto e con brio
2ч. Allegro molto
3ч. Finale. Prestissimo

Л. ван Бетховен - Соната для фортепиано F dur №6 op. 10/2
1ч. Allegro
2ч. Allegretto
3ч. Presto

2-е отделение

Ф. Шопен - Полонез es moll ор. 26/2,
- Экспромт №3 Ges dur
- Две мазурки из оp. 68

П.И.Чайковский - Думка ор. 56

Чайковский - Пабст - Колыбельная

Ф. Лист - Венгерская рапсодия №11

Быстрый поиск: