Тигран Амасян

23/05/2017 - 04:11   Микс   Концерты, Джаз, Этно и world-music
Тигран Амасян представил в Москве свой новый альбом An Ancient Observer. Но показал нечто большее.

Неизвестно, есть ли у армян, играющих джаз, лучшего варианта, чем уехать во Францию. Может быть, есть. Но уезжают слишком многие. Хотя бы потому, что со времен Азнавура отличить француза от армянина почти невозможно. Но в случае с джазовым пианистом Амасяном — тут все как паззл, складывается раскладушечкой: тут Париж, тут Калифорния…

Тигран Амасян

И все же вроде понятно. Армянский джаз — самая экспортно-ориентированная отрасль армянской скромной экономики, сразу после коньяка. Тут Бог джазом надул. Перечислять фамилии просто нелепо, одного Орбеляна достаточно. А вот сделавших карьеру в мировом дискурсе — тут уже дефицит. И карьера Амасяна весьма показательна. Русские горки, победа за победой: конкурс пианистов имени Телониуса Монка (США), конкурс джазовых пианистов в Montreux (Швейцария), первый приз на конкурсе Jazz a Juan Revelations (Франция), первый приз на конкурсе джазовых пианистов в Монако. В 2013 Амасян выиграл конкурс Vilcek Prize за «творческий посыл» и лучшие авторские композиции в современной музыке. В 2016 был признал лучшим аранжировщиком года по версии Echo Jazz Awards, одной из самых престижных европейских джазовых премий. За плечами Амасяна уже 6 сольных альбомов, первый из которых был записан в 2011 году на студии «Universal» и был продан рекордным для джазового альбома тиражом в 30 000 копий. Пластинка получила широкое признание во Франции и выиграла французскую версию Грэмми - премию "Victoires de la musique".

Тигран Амасян

Но ведь вот в чем дело. Амасян совсем не хочет быть пародийно-армянским музыкантом. Он делает абсолютно современную музыку, но с таким этническим армянским акцентом, что это уже — лицо. Самобытное и самодостаточное. Это Тигран Амасян — когда он наигрывает легко-напеваемые мелодии. Думаете, это так легко? Легко-напеваемые? Нет, совсем не легко!

Тигран Амасян

Альбом-то у Тиграна вышел, но целью концертов в Питере и Москве, конечно, было желание поиграть для благодарной публики. Даже клип вышел, но играть важнее (поэтому клип не показали). Битком набитый зал ЦДХ в Москве мог и не покориться, но покорился воле Амасяна — и только потому, что он был на запредельной грани искренности. А клип мультяшный, вот он, смотрите.

Мы не знаем, что было задумано. Но можем рассказать о том, что получилось. По райдеру у Амасяна рояль Steinway, а в ЦДХ стоял старый Блютнер. Привезли, за немалые деньги. Для чудо-шоу Амасяна надо вообще и не так много: сам Амасян, рояль, мини-клавиши (синтезатор плюс семплер-лупер), и микрофон для вокализов. Формула счастья. И очень важно, что так и задумано, Амасян действительно хочет погрузить зрителей в то, что можно и нужно называть этно-джазом.

Тигран Амасян

А на самом концерте случилось куда большее. Тигран Амасян взял и показал свободу. Нет, не в показном порядке. А вот так, мимоходом. Он сыграл, конечно, несколько тем из нового альбома An Ancient Observer — но куда больше проявил себя в свободном полете. Там есть легкая джазовая непринужденность, но вкупе с сочной армянской горчинкой — в чем и суть метода Амасяна. Зачем все эти джазовые стандарты, если есть дыхание джаза и умение найти тот неповторимый голос? Амасян просто и присвоил себе гигантский пласт музыки. А в чем упрекнуть? Он взял фортепианную джазовую импровизацию и сумел включить в нее армянскую народную музыку. Мало или много? Да очень много!

Парадоксально, что на живой сцене в московском ЦДХ это звучало еще и очень своеобразно. Ну, на самом деле. Рояль. Обычно тут «Блютнер», но в райдере Амасяна - «Стейнвей». Ладно, привезли за большие деньги сюда «Стейнвей», но — звук! Поначалу показалось, что Амасян попросту препарировал рояль, подложил фольгу под струны, - да поэтому такой эффект джазовой перкуссии от прикосновений Амасяна к клавишам… Организаторы пояснили, что дело в акустике. Металлическая вибрация аки перкуссия шла с кулеров, охлаждавших световые приборы. Но в самом деле, это сыграло на музыку — перкуссия была настолько джазовой, что Амасяну стоило бы задуматься, чтобы сделать это специально.

А вот про игру Амасяна нечего сказать, кроме восхитительных фигур. Он легкий. Он чувствует легкость и играет воздушно. Это важно, когда трепещет мысль. Он легкий, в том смысле, что ничуть не страшится эмоций. Он играет нечетные размеры ровно также отчетливо, как иные четные или, что ли, вообще все? Он слишком пластичен. Где границы-то? Амасяна можно дербанить. Он не нуждается во внешних заимствованиях, в привычных джазовых стандартах, - он тут. Он сам себе композитор, и сам себе мелодист. Его мелодии можно сопоставить с Дидюлей, но его мелодизм куда органичнее. Он просто спрашивает: оу, вы в шоу на самом видном месте?! Ок, продолжаем играть чистую музыку. Самую чистую, горную...

Тигран Амасян

У Амасяна все словно наперекор обыденности. Что слепить из этой игры вероятностей? Но главное тут для игроков: джаз это или неджаз? Пусть будет неджаз. Но он же и джаз. Полетность пальцев, элегантность импровизаций, нечеловеческая легкость форм. Все это — Амасян. И для галочки: был ли успех у него в Москве? Был. Огромный успех.

Гуру КЕН
Фото: Светлана МАЛЬЦЕВА

Быстрый поиск:
25/11/2014 - 16:09   Микс   Анонсы, Интервью, Джаз
Усадьба Jazz Club верна своему принципу открывать в России новые культовые джазовые имена.
1 декабря в Театральном зале ММДМ москвичей удивит пианист армянского происхождения Тигран Амасян, которому легче разговаривать по-английски, чем по-русски.

- Как вы пришли к джазу?

- Это произошло благодаря моему дяде. Он был фанатом джаза. В детстве мы много вместе слушали. Причина, по которой я пришёл в джаз – любовь к импровизации. Импровизация всегда была для меня очень важна. Когда мне было четыре года, я ещё не понимал, что я делаю. А позже выяснилось, что я импровизировал.

- Считается, что только люди с высоким уровнем интуиции могут импровизировать.

- На то, чтобы научиться импровизации, уходят годы. Нужно много знаний и хорошее воображение. Но в этом деле знания всё-таки на первом месте. Нужно научиться выражать себя в музыке. И научиться слушаться своих мыслей. Импровизация – это отдельный вид искусства. Но в нём важно не уходить от мысли, важно понимать, какую мысль ты доносишь.

- Многие критики и любители джаза называют вас гением и вундеркиндом. А как бы вы предпочитали, чтобы вас называли?

- Не придаю значения этим «титулам». Мне совершенно не важно, как обо мне отзываются или что обо мне думают. Конечно, до меня доходят отзывы о моей музыке, но я стараюсь не придавать этим отзывам особого значения. Не люблю раскладывания по коробочкам и приклеивания ярлыков. Стремлюсь создавать мой собственный мир, чтобы выразить себя.

- В чём духовная составляющая работы музыканта?

- Музыка, как и любое искусство, должна возвышать людей духовно. Это единственное, для чего существуют искусства. Нужно убедить людей, что существует что-то ещё, помимо материальных ценностей. Мы же живём в материальном мире. Искусство – способ убежать и познать новый опыт.

- В чём моральная составляющая работы музыканта?

- Многое зависит от того, что ты за музыкант. Сочинять музыку или просто её исполнять – ну очень разные вещи. Если рассматривать мою ситуацию, я успешно выстраиваю баланс между исполнительской практикой и композицией. Моя моральная сторона в том, чтобы работать как можно больше. И до конца верить в свою идею. Знаете ли, это очень сложно, поддерживать баланс разума, эмоций и «физики».

- Музыкант обязан быть эмоциональным, он обязан выработать эмоцию в себе, и заразить этой эмоцией огромный зал. А как в жизни? В жизни вы точно также эмоциональны?

- Есть разные люди с разными характерами. Есть музыканты, которые эмоциональны на сцене, но сдержанны в жизни. Им хватает самовыражения в жизни, и на то, чтобы быть эмоциональными в жизни, их просто не хватает. Но в то же самое время, музыка – зеркало твоей жизни. Искренне в это верю. Если твоя музыка сверхэмоциональна, это отражение твоей жизни.

Но противоположностей я тоже видел. У музыкантов бывает крайне агрессивное звучание, но когда ты встречаешь его в жизни, он оказывается мягким, интеллигентным, тихим человеком.

А как быть со сверхчувствительностью музыканта?

- Балансирование, управление эмоциями и разумом. Сверхчувствительность плоха для тебя самого.

- Для кого создана музыка джаз?

- Для всех!

- Для всех существует поп-музыка. Мадонна и Стинг, например, для всех.

- Так многие и Мадонну не понимают! Что сложного в том, чтобы понять джаз? Я пытаюсь быть как можно более сложным в джазе, и в то же самое время как можно более понятным. Делаю то, что подсказывает мне сердце. Очень важен для меня фолк. Мелодия и ритм – самые важные параметры в музыке. В фолке нет гармоний, только мелодия и ритм. Я же вырос на фольклорной музыке. Подход к сочинительству в музыке на основе мелодии – высшая точка самовыражения. Даже если в музыке есть наисложнейший ритм и наисложнейшие гармонии – не спасает. Слушатель хочет мелодии в любом случае. Потому что за мелодией можно пойти и увлечься.

Но вот вы меня и сбили. Я сейчас начну думать, что на самом деле люди не понимают моей музыки.

Можно ли говорить об особом направлении – армянском джазе?

- В нашей нации много талантливых джазовых музыкантов. Они подключают к импровизации национальные армянские песни, и вы смело можете называть это армянским джазом. Мы базируемся на фольклорной армянской музыке. В определённой степени можно говорить, что не-армяне выделяют армянский джаз, для них это настоящая экзотика. Для меня это музыка существующая, высокого уровня. Если уж вы касаетесь фолк-музыки, и подключаете импровизацию, вы должны глубоко понимать и то, и другое. Только так вы сможете поднять уровень фольклорной музыки на профессиональную сцену. Если вы не понимаете фолк, можно подложить сложные гармонии, но вы таким образом только «опустите» уровень фольклора. Тут, как я уже говорил ранее, нужны хорошие знания. Иначе вы практикуете поверхностный подход, и портите и фолк, и джаз. Легковерные музыканты добавляют гармоний, и ничего в результате.

- Вы знаете своих фанатов лично? Или вы предпочитаете держать дистанцию?

- У меня есть хорошие знакомые среди фанатов, мы даже встречаемся или разговариваем в Skype. Но надо понимать, что 3000 моих подписчиков в facebook - не настоящие мои друзья. Это мои фанаты, я уважаю их, и люблю.

- Можно ли повторить историю? Может ли современный музыкант сыграть как это делали его предшественники 80 лет назад?

- Можно достаточно похоже имитировать. Но звучать точно также они не будут. За музыкой должно стоять ощущение времени. 80 лет назад была другая жизнь, мы её не прочувствовали. Не было такой возможности, как вы понимаете. Я много изучал Телониуса Монка и Херби Хэнкока, пытался их транскрибировать, пытался понять, как они это делают. Иногда получалось звучать почти как Херби Хэнкок, но у меня никогда не было иллюзий. Я делал это исключительно для приобретения знаний, ни для чего больше. Играть как кто-то до тебя никогда не будет эффективно. Я рекомендую изучать великих мастеров прошлого только для целей познания. И после таких «штудий» надо встряхнуться и вспомнить о себе.

- Есть ли у инструментальной музыки какие-то преимущества перед вокалом? Не считается ли инструментальная музыка негласно более элитарной в джазе?

- Голос очень важен для меня! И вы не можете отрицать любви публики к живому голосу. Но хорошая инструментальная музыка тоже может иметь мощной воздействие на сознание слушателя. У инструментальной музыки своя лирика, у вокальной своя. Обе восхитительны.

- Сколько у вас концертов в год? Есть любимые уголки земного шара?

- Я играю около 100 концертов в год уже 5 лет подряд. Постоянно играю в Европе, Лос-Анжелесе, Канаде, Азии, редко в Южной Америке и Австралии. Ну и вот теперь в России!

- Какие соображения об уровне вашей популярности в России?

- Не «гружу» себя такими вопросами. Обещаю, что всем будет хорошо на моём концерте.

Театральный зал ММДМ, 1 декабря, 20.00

Дарья БЕЛЕЦКАЯ, «Новости музыки NEWSmuz.com»