РНО с Гергеем Мадарашем и Денисом Кожуховым сыграли о жизни человека

На фестивале InClassica в Дубайской опере показали программу «Записная книжка пианиста», в которой соединены одноименное произведение Алексея Шора, бетховенская музыка к балету «Творения Прометея» и Шестая симфония Чайковского в исполнении РНО. Искать в этом смысл оказалось делом недолгим.

Российскому национальному оркестру на этом фестивале предстоит играть с совершенно разными дирижерами. И если совместная работа со своим основателем Михаилом Плетневым данность, а с Феликсом Коробовым уже почти обыденность, то концерты с Гергеем Мадарашом полны сюрпризов.

Гергей Мадараш из семьи венгерских цыган. Он окончил флейтовый факультет Академии Листа в Будапеште, а также дирижерский факультет Университета музыки и исполнительских искусств в Вене, где он учился у Марка Стрингера. Сейчас он возглавляет Королевский филармонический оркестр Льежа, а до этого имел бурную и почти спорную карьеру на посту поста музыкального руководителя дижонского оркестра в Бургундии, и прославился неоднозначной постановкой «Волшебной флейты» в Английской национальной опере. Он энергичен, эксцентричен и не боится экспериментировать.

Gergely Madaras
Gergely Madaras

Вот и на концерте с РНО он с места в карьер принялся экспрессивно дирижировать бетховенской Увертюрой к балету «Творения Прометея». Не по-немецки размеренно и артикулированно, как принято, а эдаким мадьярским гусарским наскоком, чтобы искры летели во все стороны. Что это было? Но Гергей Мадараш был настолько убедителен и эмпатичен, что и РНО (к слову, выступавший в этот вечер без двух ведущих первых скрипок) поверил. А поверив, вдохновился, и принялся играть именно так, как этого хочет дирижер. И вдруг проявилось новое прочтение балета Бетховена, так редко исполняемого. Страстное, даже порою надрывное, но при этом воодушевляющее и искристое. «Ода к радости» в шампанском получилась, да еще с такой колористикой, какую Бетховен более нигде и никогда не будет использовать.

Но тогда что же ждать от исполнения Чайковского в финале концерта? Предчувствия стали тревожными...

«Записная книжка пианиста» Алексея Шора, резидента фестиваля InClassica, исполняется едва ли не на каждом этом фестивале. Это визитная карточка известного композитора. Солировал в этот раз пианист Денис Кожухин, С 2000 по 2007 год нижегородец Кожухин учился в Музыкальной школе королевы Софии в Мадриде у Дмитрия Башкирова и Клаудио Мартинеса-Менера. Кожухин завершил обучение в фортепианной академии на озере Комо. В последние годы его наставником был маэстро Даниэль Баренбойм. Денис - лауреат Первой премии конкурса Королевы Елизаветы в 2010 году, и с тех пор выступил на всех значимых европейских фестивалях.

Денис Кожухин, Gergely Madaras и РНО
Денис Кожухин, Gergely Madaras и РНО

«Записная книжка пианиста» состоит из семи частей, и все это посвящения различным туристическим достопримечательностям, будь то Люксембургский сад, в Париже, или La Rambia в Барселоне, или ипподром Аскот в Риме. Шор рассказывает о впечатлениях от путешествий по миру, иногда стилизуя под шумы природы, иногда тонко вплетая отсылки к классикам вроде Сен-Санса и Бетховена, но в его романтичной эклектике хрупкость и непостижимость мира всегда стоит на первом месте. В период пандемии былая легкость путешествия по миру окрасилась новыми драматическими красками, о чем напомнил пианист Денис Кожухин.


Денис Кожухин
Денис Кожухин

«Это первое произведения Алексея Шора, которое я сыграл. Это было пару лет назад на Мальте. С тех пор меня зовут играть его музыку, самую разную, и сольную, и с оркестром. Всегда приятно это делать. Приятно, но и ответственно, когда композитор сидит в зале. А вообще пандемия изменила для музыкантов очень многое. Я стал ценить поездки и живые концерты. Стал понимать, что иногда сесть и подумать — тоже счастье. Вдруг появилось ощущение, что встал утром, и не надо бежать и учить две программы за два дня. Можно пойти погулять, например. Но страдали мы страшно, особенно от отсутствия публики. И музыка Шора, которая по сути написана о легкости передвижения по миру и наслаждении этим, вдруг стала драматичнее. Слушается как напоминание о том, что надо ценить то, что у нас есть. Потому что это может исчезнуть в любой момент», - считает пианист.

Gergely Madaras и РНО
Gergely Madaras и РНО

Завершился концерт Шестой симфонией Чайковского. Предчувствия новаторства Гергея Мадараша были тревожными, повторюсь. Однако уже на Адажио дирижер взял максимально консервативный темп, замедленный с рваными синкопами. Волны от кульминации к спаду и обратно дирижер отрабатывал максимально плавно, как и приличествует. Никаких резких движений, - это заметил и оркестр, и.. снова поверил дирижеру. Жизнерадостный пятидольный вальс в Аллегро прозвучал полнокровно, это был именно тот Чайковский, который хорошо знаком и отработан РНО до блеска. Знаменитое финальное Adagio lamentoso, символизировавшее закат жизни композитора, сыграно блистательно. Реквием повисает в воздухе, истончается и растворяется. Зрители выдержали почти минутную паузу, чтобы разразиться восторженными аплодисментами еще минут эдак на десять.

Так в чем же объединяющий смысл программы? Прометей у Бетховена выступал в роли Бога-отца, он лепил из глины людей, и при помощи искусства делал из них настоящих человеков. Шор раскрывает уже мир человека разумного и высокодуховного, получающего наслаждение от искусств и природы. Наконец, Чайковский подводит финальную черту - как один человек проходит земную жизнь от открытий детства к счастью и бедам взрослости, а затем угасает. Тема раскрыта.

Фестиваль InClassica, организованный Европейским фондом поддержки культуры, продолжится на следующий день выступлением РНО под дирижерской рукой Феликса Коробова с египетским сопрано Фатьмой Саид.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Алексей МОЛЧАНОВСКИЙ / Пресс-служба фестиваля InClassica

Быстрый поиск: