Вадим Пономарев

12/10/2020 - 23:39   Classic   Концерты
Ансамбль старинной музыки Pratum Integrum сыграл на фестивале Башмета в Ярославле программу «Barocco furioso!» с певицами Дилярой Идрисовой и Полиной Шамаевой.

Программа непростая — от Телемана и Генделя через Баха к «Глории» Вивальди. Специально для нее из московского «Башмет-Центра» привезли клавесин. Собственно, Pratum Integrum играет только на оригинальных старинных инструментах, - Сергей Фильченко, например, привез флорентийскую скрипку 1738 года от Лоренцо Каркасси. В этом и главная сложность — струны вовсе не современные, они теряют строй довольно шустро, не говоря о перепадах влажности для всех инструментов, и бывает досадно, когда совсем уж это не вовремя...

Частая подстройка инструментов - обычное дело для старины
Частая подстройка инструментов - обычное дело для старины

Увертюра и Пассакалия из сюиты ми минор Телемана действительно прозвучали стройно и даже бодро, в соответствии с концепцией программы с восклицательным-то знаком. Сопрано Диляра Идрисова весьма убедительно спела две арии Красоты из оратории «Триумф Времени и Разочарования» Генделя, удержавшись в тоне эпохи и избежав соблазна увеличить динамический диапазон для пущей эффектности. Разумеется, это были Un pensiero nemico di pace и завершающая ораторию Tu del Ciel ministro eletto из самой первой редакции 1707 года. И ансамбль сыграл под стать — с напором и роскошными стаккато, который нечасто услышишь от барочников. Немного удивлял разве что клавесин, кажется, время от времени перетягивавший одеяло на себя.

Диляра Идрисова с ансамблем Pratum Integrum
Диляра Идрисова с ансамблем Pratum Integrum

Другое дело - солирование клавесина. В концерте фа минор для клавесина с оркестром Баха Елизавета Миллер солировала с блеском и волево. Особенно хорош был Largo с мелкой пальцевой техникой, порою даже чудилось фортепианное туше.

Елизавета Миллер за клавесином
Елизавета Миллер за клавесином

Меццо Полина Шамаева спела кантату Cessate, omai cessate Вивальди. Для любовной по сути песни получилось холодновато. Вместо нежнейшего переливающегося контратенорового бельканто в версии Шамаевой — чуть ли не серьезные угрозы и предупреждения эдакой суровой воительницы. Неожиданно. Все сладкие воспоминания о счастливых днях улетучились при такой строгости, а ведь именно на контрасте и строится эта красивейшая кантата. Но, наверное, можно и так. Самый непонятный номер концерта.

Полина Шамаева
Полина Шамаева

Оркестровая транскрипция скрипичной сонаты «Фолия» А. Корелли от Франческо Джеминиани, это тема португальского карнавального танца с 23 вариациями. Минорный любовный танец? Да. Такие уж они, португальцы. Символ роковой неотвратимости страсти в вольных вариациях Джеминиани весьма куртуазен. Музыканты Pratum Integrum демонстрируют в нем чуть ли не все скрипичные (заодно и виолончельные) техники XVIII века. Скрипки Сергея Фильченко и Дмитрия Лепехова солируют то по отдельности, то вместе, то перекличкой, - неизменно отходя назад и сливаясь со всем ансамблем. Да и виолончели Феликса Антипова (а ведь он говорил, что играет теперь только на виолах!) есть, где развернуться.

Сергей Фильченко
Сергей Фильченко

Завершили концерт три арии из кантаты Вивальди «Gloria». Это текст католической мессы, но Вивальди не брал его дословно, а скорее компилировал для большей драматичности. Диляра Идрисова проникновенно спела Domine Deus, Полина Шамаева — величественно Qui sedes ad dexteram, и в финале они вернулись к Laudamus te, чтобы завершить дуэтом. Спели чисто и убедительно.

Диляра Идрисова и Полина Шамаева с Pratum Integrum
Диляра Идрисова и Полина Шамаева с Pratum Integrum

«Специальной подготовки для исполнения религиозной музыки у нас нет, но особый подход всегда существует. Невозможно играть музыку XVII-XVIII веков, не погружаясь в историю создания этой музыки. Для нас, коллектива единомышленников, исполнение старинной музыки — само по себе служение», - говорит концертмейстер ансамбля Сергей Фильченко.

Барокко - это не скучно, подтверждает Сергей Фильченко
Барокко - это не скучно, подтверждает Сергей Фильченко

Pratum Integrum стоит чаще делать такие воодушевляющие программы, чтобы барочные концерты перестали ассоциироваться у широкой публики (вот и на этот пришло огорчительно мало зрителей) с чем-то занудным и всегда грустным. Музыка была разная, что с успехом и доказал Pratum Integrum в этот вечер.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Наталья БОРОДИНА

09/10/2020 - 15:15   Classic   Концерты, Джаз
Известный трубач Владислав Лаврик и духовой квинтет New Life Brass дали, пожалуй, неожиданно самый спорный концерт на фестивале Юрия Башмета в Ярославле.

Квинтет New Life Brass создан в 2009 году выпускниками Гнесинки, и в том же году стал обладателем Гран-при международного конкурса в Санкт-Петербурге. В 2011 году - Гран-при конкурса в рамках "Оркестровые ассамблеи" в Москве. В 2012 году ансамблю присвоено имя выдающегося российского трубача Тимофея Докшицера. А в 2013 года участники ансамбля стали артистами компании Yamaha, большинство играют в оркестре Большого театра. А выступающий на этом концерте как приглашенный солист Владислав Лаврик — трубач в РНО, основатель фестиваля Brass Days и просто один из самых знаменитых трубачей в стране (второй известный, Вадим Эйленкриг, тоже через пару дней сыграет на ярославской сцене).

Владислав Лаврик
Владислав Лаврик

Но что-то не задалось с самого начала. Программа эта называется «От Баха до Гершвина», и именно так все и было. Начали с Баха, арии из оркестровой сюиты №3 ре мажор. И — ансамбля не сложилось, кто в лес, кто по дрова… Такой игры можно ждать от студентов, но никак не ожидаешь услышать от весьма известных музыкантов. Затем баховский же хорал «Иисус друг мой» - и снова киксы за киксами, очень неаккуратные интервалы. К Лаврику это не относится, а вот туба и тромбон сильно разочаровали.

Музыканты на сцене
Музыканты на сцене

Не так часто доводится слышать прекрасный ре мажорный Канон Иоганна Пахельбеля, - но это почти мучение, если инструменты не строят, гармонии расползаются, туба вместо прочного основательного низа извлекает очень приблизительные ноты. И если бы не трубы, которые держали строй, все было бы просто катастрофично.

Барабанщик Василий Колода присоединился к New Life Brass
Барабанщик Василий Колода присоединился к New Life Brass

Ситуация начала выправляться на марше из оперы «Аида» - оркестровка сделана так, что трубы ведут весь мелос, к тому же на сцене к музыкантам присоединился прекрасный барабанщик и педагог Василий Колода, безупречно отработавший весь концерт. Но на финальном торжественном аккорде — снова грязь. Очень обидно. Еще одно редко исполняемое — шествие князей из оперы «Млада» Римского-Корсакова. И снова прекрасные трубы Владислава Лаврика и Евгения Гурьева, и проникновенная валторна Владимира Мезенцева, - и туба, играющая «в молоко». В переложении сюиты из оперы «Кармен» Бизе все было уже куда позитивнее — пока у тубы были короткие отрывистые ноты. Стоило начаться чуть более длинным — опять начиналась акустическая грязь, в которую и тромбон успел внести небольшой вклад.

Евгений Гурьев вел концерт
Евгений Гурьев вел концерт

Всегда любопытно услышать современных композиторов. Олег Облов написал сюиту для брасс-квинтета «Сказочные образы», из нее музыканты исполнили «Падишах». Это было ярко и даже выигрышно — изредка проникающие нечистые ноты только придавали еще больше восточного колорита этой симпатичной музыке. Как и в последующем The Brave Matador Рафаэля Мендеса с сугубо испанским духом и Хора Стаккато Григораша Динику цыганско-балканского толка. А вот классика нуэво танго Libertango Астора Пьяццоллы такого отношения к себе не выдержала, и просто грустно рассыпалась в клочья. Худшая версия великого Libertango на моей памяти. Музыканты в этот вечер сумели удивить.

Владислав Лаврик
Владислав Лаврик

Все изменилось, когда стало больше джаза. Знаменитая «Soul Bossa Nova» Куинси Джонса (того самого легендарного продюсера, композитора и отличного джазового трубача) зазвучала так, будто нас мигом перенесли в Филадельфию. Отличный свинг, крепкий звук и очень раскрепощенное, тем более для академических-то музыкантов, звукоизвлечение. Не менее блистательно был сыгран стандарт Puttin on the Titz Ирвинга Берлина — свободно и легко, как и положено отличным музыкантам.

Заранее было понятно, что главной изюминкой концерта станет «Рапсодия в стиле блюз» Джорджа Гершвина. Ее обещали в обработке самого Тимофея Докшицера, чье имя носит коллектив. Однако сюрприз! Играть решили в версии трубача Фреда Миллса, участника лауреата премии Grammy канадского брасс-квинтета Canadian Brass. Владислав Лаврик рассказал, что он прожил у Миллса три дня в его доме, когда в 2009 году гастролировал по Америке. И Миллс подарил эти ноты Лаврику. Официально это переложение не публиковалось нигде.

Звучит эта версия весьма академично, сохраняя по возможности полноценную полифонию партитуры Гершвина. На первый план выдвинута виртуозно солирующая труба, разумеется. Владислав Лаврик и с сурдинами, и без них виртуозно же справился. И музыканты New Life Brass прозвучали весьма достойно, уже без киксов и неожиданностей. Оркестровка Миллса должна очень понравиться именно трубачам, а от остальных музыкантов явно требуются именно академические навыки.

Участники концертаТ
Участники концерта

Завершили концерт жизнерадостным шуточным гимном Buglers Holiday Лероя Андерсона. Кстати, мне всегда казалось, что именно этой темой вдохновлялся Игорь Якушенко, когда стилизовал под таперскую музыку для гениального фильма Климова «Добро пожаловать, или Посторонним вход воспрещён», но по идеологическим причинам указать Андерсона в титрах было невозможно. И это было отличной воодушевляющей точкой для всего концерта, такого странного и неоднозначного.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Наталья БОРОДИНА

09/10/2020 - 01:06   Classic   Концерты
Об уважительной дружбе писателя Антона Чехова и композитора Петра Чайковского рассказал спектакль «Ч+Ч» с участием Сергея Гармаша в рамках XII международного музыкального фестиваля Башмета в Ярославле.

Ну, как спектакль? Скорее, музыкально-чтецкая компиляция. Ее премьера прошла в Клину, тоже с Гармашем, но дирижировал и солировал Юрий Башмет. Сыграл тогда, например, свою любимую шумановскую вторую «штуку» из «5 Stücke im Volkston». Сейчас Башмета на фестивале Башмета нет (пока), и пока зрители вспоминают шутку Башмета в недавнем интервью «если музыкант играет красиво, качественно и не киксует, вирус там не может завестись», - «Солисты Москвы» играют без дирижера, по смычку первой скрипки Михаила Ашурова. Впрочем, им не привыкать — уж сколько было сыграно без дирижера…

Сергей Гармаш и «Солисты Москвы»
Сергей Гармаш и «Солисты Москвы»

За время после премьеры спектакль значительно изменился. Сергей Гармаш читает текст о взаимоотношениях Чайковского и Чехова очень отстраненно, и при этом с крайне уважительно. Некоторые шутки в таком исполнении пропадают — например, в Ярославле зал не засмеялся на истории, когда писатель забыл портсигар, и Чайковский отсылал его с извинениями, поскольку он был без трех сигарет, а их выкурили такие-то и такие-то музыканты…

Сергей Гармаш
Главное тут все же музыка...

Кроме того, решили отказаться от вставных сцен с театром, которые выглядели действительно странно. Актриса «Современника» Дарья Белоусова просто вышла и читала рассказы Чехова «Верочка» , «Толстый и тонкий» и «Жизнь прекрасна!». Этого вполне достаточно, и как чтец она прекрасна — не аффектируя и не педалируя, тоже достаточно отстраненно и при этом будто вглядываясь в чеховских героев.

Дарья Белоусова
Дарья Белоусова

Кроме того, тему арии Ленского из «Евгения Онегина» вышла солировать скрипачка Анастасия Тимошенко, начинавшая в Юношеском оркестре Башмета. И вполне живо интонировала.

Анастасия Тимошенко
Анастасия Тимошенко

Музыкальное содержание композиционно не изменилось. Все те же «Воспоминания о Флоренции», Серенада для струнного оркестра, та же «штука» Шумана (но уже без альта Башмета), более чем уместная после рассказа «Толстый и тонкий». Все это «Солисты Москвы» любят и умеют играть, и делают это превосходно. А зрители узнали множество неочевидных фактов об общении двух гениев, Чехова и Чайковского.

Участники спектакля «Ч+Ч»
Участники спектакля «Ч+Ч»

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Наталья БОРОДИНА

07/10/2020 - 15:21   Classic   Концерты
В этот вечер на фестивале Башмета в Ярославле должны были петь итальянцы.в сопровождении итальянского же оркестра Orchestra Filarmonica Italiana. Увы, не сложилось. Но выручили солисты «Геликон-Оперы».

Даже название программы Viva Opera! Viva Italia! менять не стали. Вместо оставшихся в Италии Сары Тисба, Сары Роччи и Джана Лука Пазолини на сцену вышли петь звезды «Геликона», а вместо Orchestra Filarmonica Italiana на сцене сидела башметовская «Новая Россия» (правда, немного в странноватом составе из-за параллельного концерта «Солистов Москвы» в Рыбинске) под управлением геликоновского же дирижера Валерия Кирьянова.

Увертюра к опере «Дон Паскуале» Доницетти показала, что Кирьянов уверенно руководит почти незнакомым ему оркестром, оркестр слушается, - и это впечатление только окрепло по ходу концерта. «Новая Россия» так ни разу и не перебила вокалистов, и звучала весьма адекватно репертуару. Виолончели и флейты так и вовсе стали героями концерта, в силу выбранного репертуара.

Репертуар же — золотой век итальянской оперы, XIX-ый и начало XX века. Вечные хиты оперной сцены от Верди, Доницетти, Россини, Пуччини, Чилеа и Понкьелли. Более чем коммерческая программа и аншлаг в зале Ярославской филармонии. Дмитрий Бертман не прислал разве что приму Наталью Загоринскую. Но прислал прекрасных солистов. И особенно интересно им было петь именно потому, что практически ничего из этого они не имеют возможность петь в театре.

Хотя каватина Фигаро (как дуэт баритонов) не задалась с самого начала, несмотря на все эффектные задумки с поочередным выходом и начале пения из-за кулис. Дыхания на темп, предложенный Кирьяновым, не хватало и Алексею Исаеву, и Максиму Перебейносу. Все эти скороговорки «браво-брависсимо» застревали в зубах, а губы у обоих почти не задействованы в дикции. Пожалуй, и комиковать так натужно тоже не стоило.

Ария Лючии в исполнении сопрано Юлии Щербаковой (она Виолетта в «Травиате» и Марфа в «Царской невесте», хитах «Геликона») тоже случилась не без сложностей, - голос никак не хотел литься как положено в бельканто, она его подталкивала и подталкивала, и вытянула все-таки. Но это было не лучшее исполнение для Щербаковой. А проверенную арию Виолетты ей, увы, спеть в этот вечер не дали. Зато дуэт Виолетты и Альфреда (Игорь Морозов) сложился весьма эффектно и даже нежно.

Юлия Щербакова как Виолетта в «Травиате»
Юлия Щербакова как Виолетта в «Травиате»

Тенор Иван Гынгазов (герой скандального «Садко» Чернякова в Большом театре) в арии Энцо из оперы «Джоконда» Амилькаре Понкьелли лил звук уже гораздо мягче, но тоже не без усилий. Причина сего непонятна. У него вполне устойчивый диапазон, хорошая опора в верхнем регистре. Тогда к чему это все?

Ария Энцо (Иван Гынгазов) из оперы «Джоконда» Понкьелли
Ария Энцо (Иван Гынгазов) из оперы «Джоконда» Понкьелли

Прима Ирина Рейнард в арии Леоноры из оперы «Фаворитка» Доницетти вообще не испытывала никаких видимых сложностей. Меццо лилось в лучших традициях бельканто, Ирина была уверенно драматична и с крепким вибрато. Несколько согласных в низком регистре потеряны, но в целом — блистательное исполнение, решительно переломившее ход всего гала-концерта. Затем и ария Принцессы ди Буйон из «Адриенны Лекуврер» Чилеа — этот вальсирующий и превосходно обработанный голос забыть невозможно.

Бас Георгий Екимов в арии Дона Базилио (забавно, но Базилио он поет в Испании, а в «Геликоне» - только Фиорелло). Екимов показался пока сыроватым для Базилио, но с большим потенциалом. У него от природы густой бас с красивыми обертонами и полетностью. Но пока скорее голос ведет артиста, а не наоборот. Тихого и при этом округлого звука не получается, отчего страдает общий динамический диапазон. А талант ведь несомненный. Как Дон Паскуале в дуэте с Малатестой — прекрасные данные ведут, а артист на сцене суетится. Или Феррандо в «Трубадуре», ну дай Бог 20% от дарованного используется... Но какие годы у Екимова? Не «хлопотать» бы лицом, как говорят актеры, вот отчего отучиться бы, а остальное придет с опытом.

Дуэт Дона Паскуале (Георгий Екимов) и Малатесты (Максим Перебейнос) из оперы «Дон Паскуале» Доницетти
Дуэт Дона Паскуале (Георгий Екимов) и Малатесты (Максим Перебейнос) из оперы «Дон Паскуале» Доницетти

Драматическое сопрано Елена Михайленко (поет Аиду, Абигаиль и Татьяну в «Геликоне») в Болеро Елены из оперы «Сицилийская вечерня» Верди была просто восхитительна и убедительна. Победоносность интонирования и абсолютная легкость звукоизвлечения подкупают. И столь же хороша она оказалась в дуэте Леоноры и Графа ди Луна из «Трубадура», - легка и пронзительна.

Обладатель премии Елены Образцовой драматический тенор Игорь Морозов (поет в «Геликоне» Ленского, Садко, Альфреда) невероятно мощно исполнил арию Каварадосси из оперы «Тоска» Пуччини. Феноменальная атака звука и фирменный бельканто «со слезой» - и ничуть не вымученно, а роскошно и почти расслабленно. Один из лучших номеров гала-концерта.

Игорь Морозов
Игорь Морозов

Баритон Алексей Исаев и тенор Иван Гынгазов более чем реабилитировались в дуэте Дон Карлоса и Маркиза ди Поза из «Дон Карлоса» Верди. При том, что далеко не все получилось. И все же голоса прозвучали стройно и легко во всех регистрах, при полном взаимопонимании, это был именно что дуэт. А уж ария Ренато из оперы «Бал-маскарад» у Исаева более чем убедительна, он бережен и легок.

Дуэт Леоноры (Елена Михайленко) и графа ди Луна (Алексей Исаев) из оперы «Трубадур» Верди
Дуэт Леоноры (Елена Михайленко) и графа ди Луна (Алексей Исаев) из оперы «Трубадур» Верди

В дуэте Леоноры и графа ди Луна Исаев раскрылся потрясающе — прекрасная опора и воздушное бельканто, да и Елена Михайленко пела под стать роскошно. Никаких там переигрываний и наигрышей — живой, чувственный и превосходно звучащий дуэт.

«Застольная» из «Травиаты»
«Застольная» из «Травиаты»

Иван Гынгазов еще и арию Калафа спел великолепно, в лучших традициях. Концерт завершился, конечно, «Застольной» из «Травиаты», на которой вынесли тортик со свечкой для Гынгазова — 6 октября у него день рождения. Это выглядело трогательно и почти фестивальной традицией, ведь вчера на этой же сцене отпраздновала свой день рождения скрипачка Татьяна Самуил.

День рождения Ивана Гынгазова
День рождения Ивана Гынгазова

Вадим ПОНОМАРЕВ

06/10/2020 - 15:01   Classic   Концерты
В Ярославле открылся XII Международный музыкальный фестиваль Юрия Башмета без самого Башмета. У маэстро выявили коронавирус, но именно в день открытия выписали из больницы.

Тем не менее, сам Башмет в Ярославле пока не появился. Открывала фестиваль глава департамента культуры области Марина Васильева, сказав множество добрых и теплых слова в адрес музыкантов, местной филармонии, и пожелав новых ярких впечатлений.

Изначально гала-концерт открытия фестиваля планировался куда масштабнее. Обещали мировую премьеру Кузьмы Бодрова «Lux in tenebris» (Свет во тьме) для альта и хора с солирующим Башметом, португальского пианиста Артура Пизарро с Листом… Однако пианистом стал Николай Луганский с Первым концертом Шопена, и остались обещанные ранее скрипачка Татьяна Самуил с «Кармен» Сарасате и музыкально-поэтическое действо «Дон Жуан или Каменный гость» без Даргомыжского, но с любопытной подборкой другой музыки. И все под «Солистов Москвы», разумеется.

Николай Луганский
Николай Луганский

После краткой и обыкновенно яркой сюиты «Из времен Хольберга» Грига, неоднократно уже исполняемой «Солистами Москвы», наступил черед Николая Луганского. Выбор Концерта №1 для фортепиано с оркестром Шопена (1830) - все же необычен для носителя генотипа исконно русской фортепианной школы. Концерт №1 Луганский играет давно, минимум с 2010 года, но отзывы о его манере всегда были спорны. Да, в 2015 году запись его Первого и Второго концертов Шопена с оркестром Sinfonia Varsovia под управлением Александра Ведерникова была удостоена Гран-при VIII Международного конкурса записей музыки Шопена, но не стоит путать его со знаменитым конкурсом пианистов имени Шопена, проводимым раз в пять лет.

Николай Луганский
Николай Луганский

Тут стоит вспомнить пару моментов. Шопен написал для фортепиано и оркестра в составе пары флейт, гобоев, кларнетов и фаготов, 4 валторн, 2 труб, тенорового тромбона, литавр и струнных. И обычно так не играют, а дублируют для полного состава оркестра ввиду некоторой сухости исходной партитуры. «Солисты Москвы» в Ярославле воспроизвели это почти буквально, и нельзя сказать, чтобы оркестровая партитура была бы не ярче. Но это дело вкуса. Когда мы говорим о Шопене, всегда подразумевается эскапический романтизм — дело даже не в непривычных модуляциях или синкопированных краковских танцах: «Это скорее романтика, спокойствие и меланхолия, создающее впечатление человека, нежно смотрящего в сторону места, которое вызывает в памяти тысячи счастливых воспоминаний. Это что-то вроде задумчивости в лунном свете прекрасным весенним вечером», - так писал сам Шопен об этом концерте.

Луганский прекрасно артикулирует воспоминания, но он абсолютно не романтик. Он педант. Он перечисляет, но не фрустрирует и не мечтает. Та же проблема была у Даниила Трифонова — ну не заменяет виртуозная техника вдохновенного романтизма никак. Оба великолепных пианиста прекрасно вникают в артикуляционные нюансы, но с пониманием исходной мотивации ощутимы не просто барьеры, но каменная стена. Любопытно, что с Чайковским или Скрябиным таких проблем у обоих нет.

Николай Луганский и «Солисты Москвы»
Николай Луганский и «Солисты Москвы»

На бис Николай Луганский сыграл седьмую прелюдию Рахманинова до минор, и это было прекрасно. Мельчайшие флуктуации Рахманинова Луганский структурировал до атомов, и преподал в чистейшей красоты виде.

Приветствие Татьяны Самуил по-карантинному
Приветствие Татьяны Самуил по-карантинному

Скрипачка Татьяна Самуил солировала в фантазии Пабло Сарасате на темы оперы «Кармен» Бизе для скрипки с оркестром. В целом не очень понятно, отчего именно Самуил постоянно появляется на фестивалях Башмета. Но ее манера игры в чем-то схожа с башметовской — тот же размышлизм, неизменная грустинка, крупный печальный штрих. В щегольской, нарочито виртуозной версии «Кармен» Сарасате эта грустинка была весьма уместна. Пронзительная скрипка Самуил вела и задавала тон очень хорошо слышащим солиста «Солистам Москвы». Впроем, и они ее порою вели. Это был диалог, а не монолог, что скрывать. И все получилось. Кстати, это еще было и празднование дня рождения Татьяны Самуил.

У Татьяны Самуил на сцене случился день рождения
У Татьяны Самуил на сцене случился день рождения

На бис Самуил и Луганский сыграли Массне - «Размышления» из оперы «Таис». Трогательно и деликатно, прозрачно и драматично. Словом, нежно, как и подобает.

Завершился гала-концерт открытия театрально-музыкальной композицией «Дон Жуан или Каменный гость» на текст Пушкина со странновато выглядящей на первый взгляд подборкой музыки: Боккерини, Туриа, Локателли, Тавенер, Воан-Ульямс и др. А не Даргомыжского, «первой русской речитативной оперы», как можно было бы например ожидать.

Актер Сергей Епишев
Актер Сергей Епишев

И тут мне надо повиниться. Я ведь писал в рецензии на недавнюю премьеру «Каменного гостя» Даргомыжского в Геликоне: «Безусловно, у «Геликон-Оперы» есть прима Наталья Загоринская, которая отчаянно хороша и в пении, и в актерской игре. Но большинство других певцов «Геликона» нещадно кривляется и хлопочет лицом в других спектакля театра. Вывести их на крупный план - проигрыш в войне. А других артистов у театра нет. И педагогов по актерскому мастерству на карантине не привлечешь».

Я виноват. Оказывается, настоящие актеры могут и вовсе не сыграть ничего. Нет, никакого преувеличения. Певцы «Геликона» все же доносили интриги из сюжета Пушкина. Актеры Сергей Епишев (известный по сериалу «Кухня») и Ольга Филимонова-Смирнова («Стиляги», «Достоевский», «Легенды о Круге», «О чем молчат девушки») читали текст по половому принципу — все мужские роли (и даже ремарки Пушкина) без разбору Епишев, все женские — Филимонова. Сразу и не разобрать, Дон Гуан это или его слуга Лепорелло или гости Лауры. Своих особенных интонаций для разных героев у Епишева не нашлось. Но он хотя бы органично читал невесть кого. У Филимоновой что донна Анна, что Лаура — все одной вкрадчиво-елейной краской, и весьма фальшиво. Текст Пушкина она видела, кажется, впервые.

Сергей Епишев и Ольга Филимонова
Сергей Епишев и Ольга Филимонова

И выручала именно музыка. «Солисты Москвы» играли эту забавную подборку, сделанную Романом Балашовым, и она говорила куда больше, чем могли «сыграть» актеры. Кажется, титры на видеоэкране были бы эффектнее для театрально-музыкальной композиции, если она еще когда-нибудь повторится на сцене.

Сергей Епишев, Ольга Филимонова и «Солисты Москвы»
Сергей Епишев, Ольга Филимонова и «Солисты Москвы»

В целом церемония открытия майского фестиваля Башмета в октябре без Башмета прошла куда ярче, чем того можно было ожидать. И «Солисты Москвы», и просто солисты — праздник состоялся. Фестиваль в Ярославле продолжается.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Наталья БОРОДИНА

03/10/2020 - 05:07   Classic   Концерты
Грандиозным представлением Большой мессы до минор Моцарта завершился XII Большой фестиваль РНО в московском зале им. Чайковского.

За дирижерским пультом Российского национального оркестра — неизменный его руководитель Михаил Плетнев, на балконах — два десятка артистов Академической хоровой капеллы им. Юрлова, солисты тоже под стать — Венера Гимадиева, Юлия Лежнева, Алексей Курсанов (заменивший в последний момент ранее заявленного Давида Посулихина) и Игорь Коростылев. Партии органа — Людмила Голуб.

Юлия Лежнева
Юлия Лежнева

Оставив в стороне вопрос о недописанности «Большой мессы» самим Моцартом, - перед любым дирижером всегда встает вопрос трактовки. Моцарт очевидно тяготился запретами на «вольности» в литургической музыке, введенными в период написания мессы императором Иосифом II. Суровый бэкграунд в лице Баха и Генделя композитор сознательно окрашивал оперной кантиленой и колоратурой в итальянском духе, что и составляет, собственно, ценность дошедшей до нас партитуры (доделанной Алоизом Шмиттом и пр.). Дирижер — заложник такой двойственности, рано или поздно он начинает склоняться к чему-то одному, иное рассматривая как дополнительную краску. Скажем, эталонное нынче исполнение оркестром Бернстайна ярко отражает именно оперную природу Моцарта, а между литургическими строгостями Бернстайн умело лавировал.

Большая месса Моцарта
Большая месса Моцарта

Михаил Плетнев уже в первой же части Kyrie eleison делает упор скорее на строгости. РНО звучит чинно и помпезно, будто играет Генделя, а хоровые кантилены подсушены по максимуму. Даже прописанные в партитуре многочисленные tutti словно приглушены во имя строгой полифонии. А ведь литургический текст, напомним, Моцарт не менял! Ни слова. Отсюда безусловная церковность этой музыки по Плетневу, - которой часто недостает в иных интерпретациях.

Михаил Плетнев
Михаил Плетнев

В Gloria это бестелесное славление Господа достигает кульминации, тяжелая и размерная поступь оркестра подчеркивает незыблемость традиции. Соло сопрано Юлии Лежневой в Laudamus te - драматично и бережно, без итальянской экспрессии, виртуозно и при этом без злоупотреблений прекрасным вибрато Лежневой. Затем и выдержанный дуэт двух сопрано Венеры Гимадиевой и Юлии Лежневой в Domine — сдержанно и благородно. Хоровая пассакалья Qui tollis о Несущем грехи мира и вовсе звучит полноценным латинским церковным хором с трагическими оркестровыми акцентами. Стоит напомнить, что сам Моцарт ценил вокальную дикцию: «хорошая, отчётливая дикция - это красиво», - писал он про тенора Рааффа. Все солисты успешно справились с этим, каждый слог слышен отчетливо и округло. С хором так получилось не всегда, но виной тому может быть слышимость балконов.

Венера Гимадиева и Юлия Лежнева

Венера Гимадиева и Юлия Лежнева
Венера Гимадиева и Юлия Лежнева

Наиболее характерно звучание трио солистов в Quoniam – к Гимадиевой и Лежневой присоединяется тенор Алексей Курсанов, и чудесный терцет звучит строго и почти помпезно этими рваными и чеканными четвертными: al – tis – si - mus… Прекрасна Венера Гимадиева в Et incarnatus est («мотивировочной части» Credo, символа веры) — сложнейшие опевания в огромном диапазоне она спела легко и воздушно, при этом должно смиренно и истово. После чего хоровая Osanna прозвучала как воодушевляюще-краткое подведение итогов.

После чего хоровая Osanna прозвучала как воодушевляюще-краткое подведение итогов
После чего хоровая Osanna прозвучала как воодушевляюще-краткое подведение итогов

И вот уже завершающая, кульминационная часть Benedictus qui venit, где Моцарт позволил спеть уже и басу (отчего так случилось — музыковеды гадают по сей день) Игорю Коростылеву. Возглашение благословения всем — не просто фантастической красоты мелодии, но и тончайшая балансировка солистов, оркестра и двойного хора. И это было великолепно, торжествующе взмытые вверх руки Михаила Плетнева (все это время восседавшего на высоченном стуле над головами всех солистов), - триумф воли. Он вырулил все звучание туда, куда и хотел, очевидно.

Торжествующе взмытые вверх руки Михаила Плетнева
Торжествующе взмытые вверх руки Михаила Плетнева

Отдельно стоит упомянуть о блестящей работе духовой группы Российского национального оркестра — прежде всего о потрясающей флейте Максима Рубцова, чутко одухотворенном гобое Виталия Назарова и группе фаготов во главе с Андреем Шамидановым, - без них Большой мессы Моцарта просто не могло состояться. С духовыми в РНО все в порядке.

А Большой фестиваль РНО, увы, окончен. На бис музыканты не могли не сыграть и спеть еще раз Benedictus, - и овациям не было числа.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Ирина ШЫМЧАК

23/09/2020 - 04:09   Classic   Концерты
XII Большой фестиваль РНО продолжился смелыми попытками Михаила Плетнева вдохнуть новую жизнь в Третью оркестровую сюиту Чайковского и «Кармен-сюиту» Щедрина-Бизе. И все получилось.

Плетнев ведь никогда не играет ради афиши. Если в программе есть название, то наверняка Плетнев уже придумал, как стряхнуть пыль и сыграть это так, будто заново написано. А Третьей оркестровой сюите это очень к лицу, ее ведь играют нынче редко, и чаще всего только четвертую финальную часть со всеми этими вариациями. А ведь когда-то в 1885 году именно она дала Петру Ильичу первый восторженный прием, триумф в Петербурге, - даже «Евгений Онегин» не был так тепло принят. Вот она, аберрация времени. Сейчас сюита выглядит не то, чтобы поверхностной, но — проходной и почти забытой в масштабе всего гения Чайковского.

XII Большой фестиваль РНО
XII Большой фестиваль РНО

Чаще всего Третью упрекают в отсутствии драматургии, сквозного действия. Этим и занялся Плетнев. Уже в «Элегии» он нащупал тот мускулистый рельеф, скрытый под кургузым пиджачком, - сила природы! Пасторальной пентатонике главной темы он дал архетипическую мощь степного ветра, прорывающегося сквозь штили и препятствия (есть что поиграть с динамикой), противопоставив ей степенную романсовость побочной темы. Он дирижировал конфликт — поколений, ветров, зерна и земли, да чего угодно. От привычной созерцательной пасторальности не осталось и следа. Тревога за исход битвы, сопереживание, опасения, - это подчеркнуто оркестровым фортиссимо, за которым пиано и зеркальная реприза слушаются как подвох.

Михаил Плетнев
Михаил Плетнев

С ощущением подвоха и мрачноватый «Меланхолический вальс» звучит совершенно иначе. Не как имитация скерцо, а именно как нарастание напряжения, - чем завершится подспудная борьба? Плетнев бросает руку в сторону оркестровых групп так, будто молнии насылает. Загадочность исхода усиливается, Плетнев играет тут киношный саспенс. И тогда собственно Скерцо, с его рваными размерами между 6/8 и 2/4, - то самое Ледовое побоище, тревожные очереди труб и гобоев, апофеоз битвы. Плетнев умело дозирует батальные грохоты и чтение донесений гонцов, дальние сполохи пикколо и миражи тишины. Оркестр слушается беспрекословно.

Михаил Плетнев
Михаил Плетнев

И вот уже после всего этого драматизма та знаменитая четвертая часть, Тема с 12 вариациями, - она считывается как подведение итогов. Где у каждого своя правда, как все было. То есть двенадцать правд, как апостолов. Один бахвалится (тут и маршевые 2/4 кстати, и грохот барабанов), другой солдафонит, третий ту же историю рассказывает в миноре с горечью… А вот скрипичный, почти цыганский, надрыв… Очень важно, что кантабиле Чайковского Плетнев нигде не подвергает сомнению, ему важно сохранить певучую, почти певческую манеру звукоизвлечения. Это очень по-русски звучит. Обилие самых разных, шизофренически противоположных и несовместимых страстей, - и все на мелодии, на легато. Слышно, что русский оркестр играет Чайковского. Может быть, самое ценное ощущение от этой Третьей сюиты по-плетневски.

РНО п/у Михаила Плетнева
РНО п/у Михаила Плетнева

Иное дело Родион Щедрин, для которого Плетнев играл много и часто, включая юбилейные концерты композитора. «Кармен-сюита» заезжена вдоль и поперек, как сыграть ее без скучноватой привычности? И снова, кажется, на помощь пришло кантабиле (не исключено, что именно поэтому вечером Чайковский и Щедрин/Бизе встретились). Очень быстро выяснилось, что Михаил Плетнев делает ставку на «пропевание» музыкантами ключевых мелодий Бизе, - словно Кармен, Хозе и Эскамильо были тут, на сцене. Но сидят за пюпитрами.

Это проявилось уже в «Первом интермеццо», - непривычно акцентированные струнные, с космическим диапазоном по громкости. Дальше — больше. «Развод караула» почти обошелся без трещащих пулеметов перкуссий, нежная мелодия Бизе вывелась воздушной и все-таки главной. Даже вступление к выходу Кармен случилось не громогласным, а будто предвкушающим изящное кантабиле хабанеры, - и тут уж «пели» не только скрипки, но и маримба. Все вокальные партии Бизе заботливо окутаны человеческим дыханием, изящными диминуэндо и крещендо, и рука Плетнева будто отсчитывает все цезуры и длительности вдоха.

Да, в этом исполнении Плетневу явно был интереснее Бизе. Что контрастирует с его же «фондовой» записью «Кармен-сюиты» с РНО для Deutsche Grammophon в 2001 году, где Щедрин очевидно выходил на первый план.

XII Большой фестиваль РНО
XII Большой фестиваль РНО

«Марш Тореадора» в этом контексте особенно интересен, - он трогательный. Не бравурный, а именно трогательный, - Плетнев услышал в нем исповедальность, и вывел ее на первый план, а затем уж малый барабан и литавры. И тогда уже лирическая сцена «Тореро и Кармен» звучит как логическое продолжение истории, а не выглядит сверхъестественным или чудодейственным влиянием танцовщицы на мачо, как часто играют (и поют).

Первая скрипка Татьяна Поршнева и Михаил Плетнев
Первая скрипка Татьяна Поршнева и Михаил Плетнев

Нельзя не выделить первую скрипку оркестра Татьяну Поршневу, - она блистательно справилась и с соло, и с ведением всей группы в обоих произведениях. Михаил Плетнев убедил своими концепциями, и виртуозной управляемостью всего оркестра. Такого Чайковского и такого Бизе/Щедрина хотелось бы услышать и в студийной записи, например.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Светлана МАЛЬЦЕВА

11/09/2020 - 04:33   Classic   Концерты
«Геликон-Опера» открыла новый сезон ранее не запланированной премьерой «Каменного гостя» Александра Даргомыжского, и это немного карантинный и весьма замысловатый перформанс.

Карантинный — потому что он появился в карантин, и выбран был, по словам худрука Дмитрия Бертмана, именно по причине камерности. Тут нет хоров, число артистов на сцене предписано заранее — их ровно девять (когда роли монаха и каменной статуи объединены), не считая оркестра. А еще это задорно: не блистающий мелодиями или эффектными дуэтами «Каменный гость» для оперной сцены редок и нелюбим, чем не вызов? «Конечно, никто не станет этого слушать», - говорил про свой формалистичный эксперимент с пропеванием речитативами полного текста Пушкина из «Маленьких трагедий» сам Даргомыжский.

Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
Дмитрий Хромов (Дон Жуан)

Сегодня обороты речи диалогов Пушкина слушаются гораздо более дико, чем у гораздо более раннего Шекспира: «А виновата ль я, что поминутно...» Римский-Корсаков изрядно дописал оркестровую партитуру после смерти Даргомыжского, она скрашивает скудный минимализм вокальных партий. Хотя от интродукции Римского-Корсакова все-таки Бертман отказался. Тогда на первый план выходит интонирование.

Валентина Гофер (Лаура) и Дмитрий Янковский (Дон Карлос)
Валентина Гофер (Лаура) и Дмитрий Янковский (Дон Карлос)

«Опера написана для артистов-певцов. И если в других операх можно выйти за счет мелодий, дуэтов, постановочных эффектов, большого количества певцов, - то здесь мясом этого блюда является талант артиста. Крупный план артиста — это сейчас невероятно нужно. Обратить внимание на глаза, на мысли, - это сегодня важно», - сказал на премьере Дмитрий Бертман.

Понимать это — одно, а осуществить — совсем другое. Безусловно, у «Геликон-Оперы» есть прима Наталья Загоринская, которая отчаянно хороша и в пении, и в актерской игре. Но большинство других певцов «Геликона» нещадно кривляется и хлопочет лицом в других спектакля театра. Вывести их на крупный план - проигрыш в войне. А других артистов у театра нет. И педагогов по актерскому мастерству на карантине не привлечешь.

Сцена с участием Дмитрия Хромова (Дон Жуан) и Дмитрия Овчинникова (Лепорелло)
Сцена с участием Дмитрия Хромова (Дон Жуан) и Дмитрия Овчинникова (Лепорелло)

Так и случилось. Уже первая сцена с участием Дмитрия Хромова (Дон Жуан) и Дмитрия Овчинникова (Лепорелло) показывает очевидную условность диалогов, штампы и мимические маски артистов. Они не живут, они изображают. Они ждут своего вступления, по глазам видно. А музыка тут никак не спасает. Появляются эффектная сама по себе Валентина Гофер (Лаура), все три ее гостя — Виталий Фомин, Николай Меликов и Андрей Орехов — и не пропадает чувство неловкости от того, что все они вроде бы хороши, но явно не отсюда. Ужимки, несмешные шутки, неестественные позы.

Сцена с участием Дмитрия Хромова (Дон Жуан) и Дмитрия Овчинникова (Лепорелло)
Сцена с участием Дмитрия Хромова (Дон Жуан) и Дмитрия Овчинникова (Лепорелло)

Ситуацию спасает сначала Монах (Алексей Дедов), он же Статуя попозже, - но за счет накинутого на лицо капюшона и более естественного интонирования. Затем к спасению подключается Дмитрий Янковский (Дон Карлос) — образ мрачного мачо отработан им в других спектаклях. Наконец, является Донна Анна — Наталья Загоринская, и только после ее появления начинаешь верить во всю эту историю. Загоринская снимает все вопросы. Она не просто органична, она живет историей вдовы, которую соблазняет убийца мужа. Ей можно верить, не обращая внимания на досадные кривляния вокруг. Она наполняет жизнью все предыдущие трафареты, ей невозможно не сопереживать. Еще одна блистательная роль Натальи Загоринской.

Дмитрий Хромов (Дон Жуан) и Наталья Загоринская (Донна Анна)
Дмитрий Хромов (Дон Жуан) и Наталья Загоринская (Донна Анна)

Жаль, что в России сейчас нет прекрасного режиссера Анатолия Васильева, он и его команда прекрасно умели снимать театральные штампы и зажимы у почти любого артиста. Его рецепты очень бы пригодились для такой диковины, как «Каменный гость».

Наталья Загоринская (Донна Анна) и Монах (Алексей Дедов)
Наталья Загоринская (Донна Анна) и Монах (Алексей Дедов)

А вот с пением все куда более оптимистично. Главный герой в исполнении тенора Дмитрия Хромова звучит убедительно и полетно, насколько это допускает туговатая партитура, хотя не всегда точно интонирует (что важно именно тут). Совершенно хорош Дмитрий Янковский — его громогласному баритону тут есть, что петь, и есть, где дать трагической горечи в голос. Он не песочит, а легко лавирует между перепадами настроения Дона Карлоса.

Валентина Гофер (Лаура) и Дмитрий Янковский (Дон Карлос)
Валентина Гофер (Лаура) и Дмитрий Янковский (Дон Карлос)

И Валентина Гофер жонглирует своим меццо аки фокусник. Ее Лаура в концепции Бертмана — не столько актриса, сколь привычная нам инстаграм-эскортница, клянущаяся в любви очередному ближнему своему. Тем интереснее слышать полетные ноты в духе бельканто, и эту искрящуюся смену интонаций. К вокалу никаких претензий, восходящая звезда.

Валентина Гофер (Лаура)
Валентина Гофер (Лаура)

Для Дмитрия Овчинникова в роли слуги Лепорелло сюжет Пушкина предполагал самые роскошные возможности и вариативности. Но все свелось к ерничанию и отработке реакций Дон Жуана, увы. Зачастую даже титры не помогали понять, о чем и с каким посылом поет его герой. А ведь он чудесный бас, достаточно вспомнить его Дона Бартоло в «Севильском цирюльнике».

Наталья Загоринская (Донна Анна) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
Наталья Загоринская (Донна Анна) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)

Для Натальи Загоринской слов нет. Ее Донна Анна просто такова, какова она должна быть. Это исполнение встает вровень с легендарными исполнениями Галины Вишневской и Тамары Милашкиной. Диапазон, тембр, страсть и отчаяние. Необходимо выпустить аудио-версию оперы даже только ради фиксации работы Загоринской.

Как режиссер, Дмитрий Бертман остался в привычной для себя манере евро-минимализма. Смена фигур показывает череду приступок, прозрачных полусфер-сидений в духе IKEA, статуэток-голограмм. Герои максимально обезличены во времени, костюмы Аллы Шумейко унифицированы по функционалу действующих лиц. Очевиден посыл к тому, что все это могло происходить в наше время, но архаичность литературных диалогов Пушкина заставляет соблюдать дистанцию.

Сцена убийства Дон Карлоса
Сцена убийства Дон Карлоса

Работа же оркестра «Геликона» под управлением Михаила Егиазарьяна заслуживает отдельного упоминания. Егиазарьян очевидно был поставлен перед дилеммой найти компромисс между речитативностью вокальных партий и некоторой неловкостью партитуры Римского-Корсакова. Он справился. И динамика, и тембровый баланс между певцами и оркестром оказался соблюден идеально. Благо, и певцы не слишком проглатывали согласные. Оркестр умело вел оперу, это певцы подстраивались под него. И никаких переборов, никаких заглушек артистов. Наверное, это был идеальный компромисс. А в тех местах, где интереснее было слушать оркестр, а не солистов (это почти вся опера), его дирижирование было невероятно эффективным.

Финальная сцена
Финальная сцена

Возможно, предстоящие версии с Иваном Волковым в роли Жуана, Дмитрием Скориковым в роли Лепорелло, или Ириной Рейнард в роли Лауры покажутся иными.

Выход на аплодисменты
Выход на аплодисменты

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото Светлана МАЛЬЦЕВА

Наталья Загоринская (Донна Анна) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
Наталья Загоринская (Донна Анна) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)

Сцена из спектакля
Сцена из спектакля

Дмитрий Янковский (Дон Карлос) и Валентина Гофер (Лаура)
Дмитрий Янковский (Дон Карлос) и Валентина Гофер (Лаура)

Валентина Гофер (Лаура)
Валентина Гофер (Лаура)

Сцена из спектакля
Сцена из спектакля

Валентина Гофер (Лаура) и три гостя
Валентина Гофер (Лаура) и три гостя

Монах (Алексей Дедов), Дмитрий Овчинников (Лепорелло) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
Монах (Алексей Дедов), Дмитрий Овчинников (Лепорелло) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)

Дмитрий Овчинников (Лепорелло) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
Дмитрий Овчинников (Лепорелло) и Дмитрий Хромов (Дон Жуан)

Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
Дмитрий Хромов (Дон Жуан)

Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
Дмитрий Хромов (Дон Жуан)
10/08/2020 - 02:43   Classic   Концерты
В Клину концертом Дениса Мацуева с оркестром «Новая Россия» п/р Юрия Башмета завершился VI международный фестиваль искусств Чайковского.

Стоит напомнить, что именно с этого года Юрий Башмет стал худруком фестиваля, и программа радикально расширилась. Впрочем, на этом Башмет отнюдь не собирается останавливаться:

Юрий Башмет
Юрий Башмет

- В этом году фестиваль стал шире, многограннее, разнообразнее. Было много постановок уникальных, которых нигде больше не показывали, сплошные премьеры. Я хочу, чтобы дальше фестиваль Чайковского посетил хотя бы еще одно место, где ступала нога Чайковского — Флоренция, Воткинск… Будем расширяться. Очень ждем начала строительства концертного зала в Клину. Уже все почти готово, но началу работ помешала пандемия. Будет больше экспериментов. Чайковский уже с нами, надо отталкиваться от этой базы и идти дальше. Если бы Чайковский жил сегодня, он наверняка писал бы совсем другую музыку, музыку сегодняшнего дня. Я очень оптимистично смотрю в будущее фестиваля. У каждого фестиваля должно быть свое лицо. У Зальцбурга есть Моцарт, а здесь в Клину есть Чайковский.

Юрий Башмет
Юрий Башмет

Башмет встал на дирижерское место, и полилась великая музыка Прокофьева к балету «Ромео и Джульетта». Большая поляна у дома-музея Чайковского - полным-полна. Симфонический оркестр «Новая Россия» сходу взял верный тон, легко и непринужденно, без загонов по темпу. В Клин оркестр приехал без челесты, ее заменял синтезатор, - на превосходном качестве музицирования в этот летний вечер это никак не отразилось. Чрезвычайно чисто звучали флейты, а к струнной группе вопросов нет никогда. Сам Башмет выглядел тоже весьма умиротворенным, небрежно покачивая рукой и задавая темп. Поворота головы оказывалось достаточным для акцентов. Оркестр действительно чрезвычайно соскучился по живым концертам, это ощущалось буквально физически.

Вышел Денис Мацуев
Вышел Денис Мацуев

Публика ждала Дениса Мацуева, и вот он на сцене. Вопреки ожиданиям, играть он стал не Первый или Второй концерт Чайковского, а Второй — Рахманинова. И с первых же нот стало понятно, что лесная атмосфера у домика Чайковского подействовала и на него. Столь сдержанно и академично Второй концерт он не играл, кажется, давно. Никаких привычных барабанных дробей и эффектных для зрителя откидываний от рояля! Концентрация, элегичность и дотошная психологичность каждой фразировки, каждого пассажа. Спокойствие и мощь. Прекрасное исполнение.

Денис Мацуев
Денис Мацуев

А затем Денис Мацуев вернулся, Юрий Абрамович сел за рояль и начал играть «Подмосковные вечера». Мацуев подсел к нему справа, и зажигательно в духе джаза принялся импровизировать с ним в четыре руки. Подмосковье же… Но и этого публике было мало, Мацуева не отпускали, - и он сыграл Прелюдию соль минор Рахманинова. И опять — мягко, глубоко, без аффектации. Словом, порадовал Мацуев.

Юрий Абрамович сел за рояль
Юрий Абрамович сел за рояль

И вот снова «Ромео и Джульетта», на этот раз - Чайковского. «Новая Россия» с Башметом на пульте. Нежнейшая, красивая увертюра-фантазия Чайковского именно тут, рядом с его домом, слушается особенно трогательно. И снова стоит похвалить «Новую Россию» за гармоничный, округлый и трепетный звук. Свою форму на карантине оркестр не растерял, и даже, кажется, многое приобрел. А концерт закрытия оказался закольцован шекспировской темой любви Ромео и Джульетты.

Юрий Башмет
Юрий Башмет

Шесть больших и три камерных концерта на двух сценах, академия молодых исполнителей и школа молодых журналистов, - таким был VI международный фестиваль искусств Петра Ильича Чайковского. Чиновники заверили, что в следующем году фестиваль снова непременно состоится.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Михаил БРАЦИЛО

Денис Мацуев
Денис Мацуев
09/08/2020 - 04:25   Classic   Концерты, Джаз
Альтист Юрий Башмет с «Солистами Москвы» и саксофонист Игорь Бутман со своим биг-бендом снова сыграли вместе, на этот раз в Клину, на VI фестивале искусств П.И. Чайковского.

Надо сказать, что Башмет и Бутман играют вместе довольно часто, минимум раз в год. И всегда это предвещает любопытные сюрпризы, поскольку под кальку программы не пишутся. Что-то новенькое всегда можно услышать. Не говоря о том, что музыканты и оркестры такого уровня вообще на сцене редко пересекаются, - слишком уж разные жанры.

Посадка яблони
Посадка яблони

Но сначала Башмет и Бутман посадили… яблоню. Дело в том, что в мемориальном доме-музее Чайковского в Клину есть такая традиция — сажать деревья во время фестиваля Чайковского, и даже выросла уже приличных размеров Аллея музыкантов, состоящая только из посаженных звездами лип и яблонь. Деловито надев перчатки, музыканты взялись за лопаты. А саженец держала, чтобы не упал, сама министр культуры Московской области Елена Харламова.

- Великие композиторы, как правило, были великолепными импровизаторами, - рассуждал потом Игорь Бутман. - В джазе импровизация возведена в абсолют, но уверен, что Чайковский и другие академические композиторы с удовольствием бы услышали джазовые версии своих произведений, а если бы они жили сейчас, наверняка сами сделали бы что-то гениальное в джазе. Мы не поднимаем руку на святое, наоборот. Сквозь призму джаза мы восхищаемся гениальностью этих композиторов, и хотим, чтобы это же почувствовали зрители.

Юрий Башмет и Игорь Бутман
Юрий Башмет и Игорь Бутман

С места в карьер биг-бенд Бутмана, он же Московский джазовый оркестр, начал с «Прогулки» Модеста Мусоргского. Разумеется, джазмены не играли само произведение как есть, но тонко обыграли главную тему. В ответ Юрий Башмет сыграл на альте чуть ли не джазовую импровизацию, плавно перешедшую в лирическую тему для струнного оркестра кинокомпозитора Энри Лолашвили. «Редко звучит и очень красивая», - объяснил этот выбор Башмет.

«Солисты Москвы» Юрия Башмета и Московский джазовый оркестр Игоря Бутмана
«Солисты Москвы» Юрия Башмета и Московский джазовый оркестр Игоря Бутмана

Биг-бенд Бутмана сыграл пьесу «Катание на лыжах в горах», вдохновленную, как объяснил маэстро, «Временами года» Чайковского. От Чайковского там осталась разве что условная ритмическая структура, зато это звучало очень по-шестидесятнически — эдакий солнечный джаз с прекрасными соло Бутмана, а заодно и вдохновенными импровизациями пианиста Олега Аккуратова и барабанщика Эдуарда Зизака.

Игорь Бутман
Игорь Бутман

Как-то неожиданно структура концерта обрела вполне себе путеводную звезду — ту самую «Прогулку» из «Картинок с выставки» Мусоргского. Сначала «Солисты Москвы» сыграли каноническую версию, затем джазовый оркестр снова ответил своей импровизацией на эту тему. Довольно редко в последние годы солирующий на альте Башмет сыграл баховский менуэт из виолончельной сюиты. Не обошлось без любимой «Солистами Москвы» моцартовской «Маленькой ночной серенады», ставшей главным академическим акцентом концерта.

Фестивальная сцена
Фестивальная сцена

«Вокализ» Рахманинова превратился уже в совместное музицирование, где тему от «Солистов Москвы» подхватил своей импровизацией Бутман, а затем и другие солисты биг-бенда. Прелюдию Рахманинова до диез минор начал пианист Олег Аккуратов, затем его тему подхватил биг-бенд, но уже в тональности до. Бутман даже извинился: «Сыграли в до миноре, как это принято в джазе. Диезы нам неподвластны, бемоли нам нравятся больше».

Игорь Бутман
Игорь Бутман

Канва концерта продолжилась все теми же «Прогулками» Мусоргского от биг-бенда, растворившимися в парафразе на эту же тему. Башмет снова импровизировал аки джазмен на своем альте, и это звучало очень интересно, как минимум. Блистательный Олег Аккуратов обрамлял все это дело виртуозными пассажами, и ему ничем в изощренности не уступал гитарист Евгений Побожий, единственный российский победитель Herbie Hancock Institute of Jazz International Guitar Competition в Вашингтоне.

Евгений Побожий и Игорь Бутман
Евгений Побожий и Игорь Бутман

Завершился концерт продолжительной джазовой импровизацией всех музыкантов, почти всем досталось по соло, что было встречено горячими зрительскими аплодисментами. Перед концертом Бутмана спросили, что он ждет от этого концерта. «Аплодисментов», - ответил Бутман.

И он их получил.

Юрий Башмет, Олег Аккуратов и Игорь Бутман
Юрий Башмет, Олег Аккуратов и Игорь Бутман

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Михаил БРАЦИЛО

Евгений Побожий
Евгений Побожий

Юрий Башмет и Игорь Бутман
Юрий Башмет и Игорь Бутман

Юрий Башмет
Юрий Башмет

Страницы