Вадим Пономарев

25/06/2019 - 16:40   Поп   Концерты, Джаз
Пора уже сказать, что фестиваль «Усадьба Jazz» вышел в этом году на совершенно новый уровень: теперь на нем куча мировых поп-звезд, а сам джаз ушел в некоторую тень. Это просто очень хороший поп-фестиваль, в числе лучших в России.

Дело в том, что слово jazz в названии фестиваля долгие годы путало многих, и давало не очень верные коннотации. Хотя президент феста Мария Семушкина всегда говорила, что главный критерий появления артистов на нем — качество музыки, а не жанр. И все-таки всегда была сцена «Аристократ», где в любой из годов можно было услышать проверенное качество джаза от Бутмана или Авишаи Коэна, например. С 2019 года этого нет. Теперь «Аристократ» - всего лишь одна из четырех сцен, и тут могут играть диджеи или читать стихи.

Это всего лишь шаг в естественной эволюции фестиваля, его надо принять и понять. 16 лет живет «Усадьба Jazz», и поднимается все выше и выше. Разумно, что на неком этапе развития поп-звезды, собирающие аудиторию, выйдут в центр внимания. Полагаю, что именно в 2019 году произошел этот знаковый перелом: теперь большинство зрителей фестиваля приходят на звезд типа Black Eyed Peas, Azealia Banks или Дорна. А меньшинство — на Катамадзе, Dhafer Youssef или Вадима Эйленкрига. Кто-то сомневался в таком раскладе? Се ля ви.

Фестиваль вырос из субкультурных штанишек. И стал просто — топовым. И вообще живым. Знаете, как определяется живость музыкального фестиваля? Когда люди не слушают музыку. Это нормально, ведь большинство людей в мире — не меломаны. Они гуляют, шопятся, валяются на травке, едят, пьют, - а кого-то известного идут послушать. Black Eyed Peas, например. И я, честно говоря, с радостью видел в Коломенском именно такую картинку: люди просто получают удовольствие от уик-энда, и иногда слушают музыку. Это признак живого фестиваля, а значит, Семушкина все делает правильно.

Eilenkrig Orchestra
Eilenkrig Orchestra

Музыкальную программу фестиваля открыл Eilenkrig Orchestra, расширенный состав Эйленкрига. Пекло. Ветер, уносящий ноты с пюпитров. И феноменальное звучание банды Эйленкрига — чистое, вдохновенное, импровизационное. Где-то стандарты вроде «Каравана», где-то поп-шлягеры, много собственного, - и на десерт «Темная ночь» (22 июня все-таки) с удивительно томными задушевными нотами, неожиданно отсылающими к нью-орлеанскому джазу.

Kovacs
Kovacs

Главный герой первого дня выступил днем же — бритоголовая голландская певица Kovacs. Это очень модный сегодня инди-поп с завораживающе низким голосом. Она спела, конечно, свой главный хит в духе танго-нуар My Love а-ля бондиана, и вещи с последнего альбома Cheap Smell, прежде всего Mama&Papa. Ковакс привлекает внимание. И странным видом, и неопределенной сексуальностью (на сцене она оказывала явные знаки внимания только своей гитаристке), и искренней подачей песен о непонимании себя. Из своего скромного голоса она вытянула максимум изобразительных средств, от хрипотцы с вибрато до пронзительного уплощенного верхнего регистра. Но готова ли она выйти за рамки инди-попа? Вопрос скорее открыт.

Нино Катамадзе
Нино Катамадзе

Талисман фестиваля Нино Катамадзе выступала на непривычной для себя сцене «Аристократ», и возможно потому была крайне откровенной для своей деликатности. Собственно, у нее было два главных вызова: доказать, что все ее «цветные альбомы», не отличающиеся на слух почти ничем, - в прошлом, и она готова делать новую свежую музыку. А еще политика Грузия-Россия, наложившаяся аккурат на ее приезд. Нино представила несколько новых песен (никак не названных), это все тот же фьюжн из тех же кирпичиков, - но они подчеркнуто «грузинские». «Я ведь из Грузии», - объяснила Нино. На «Сулико» она пригласила слепую девчушку из фонда Хабенского подыграть на клавишах, это было трогательно. А про политику она сказала пронзительное то, что сказала бы на ее месте любая грузинка: «Отобрали у нас 20% страны, и мы все равно друзья!». И потом добавила: «Я горжусь и вчерашним и позавчерашним днем в Грузии. Пришло новое свободное поколение» (речь о протестах перед парламентом Грузии и плакатах «Я из Грузии, и более 20% моей страны оккупировано Россией»).

Azealia Banks
Azealia Banks

Американская рэп-звезда Azealia Banks стала одним из символов развития и трансформации фестиваля. Ее ждали. Азилия обладает поразительно выразительным флоу, это ее конек, но и выдать вибрато в третьей октаве — для нее не проблема. Пела она под минусовку, после каждой песни совещаясь с «диджеем», что спеть дальше. Кстати, статус диджея становится все смехотворнее, вообще-то раньше минусовки включали просто звукачи. Ну и бодипозитив в полный рост: Азилия вышла в откровенном наряде, не скрывавшим огромные бедра с разными радостями для косметологов. Вообще она в отличной вокальной форме, но явно не очень поняла, где именно находится.

После предсказуемых Rozhden и Funk'n'stein, и занудного диджея Nicola Melnikov публика ждала что-то особенное. И получила. Сначала сладкоголосый соул-киношник Michael Kiwanuka, обладатель почти всех последних британских премий. Потом авангардный саспенс британского же The Cinematic Orchestra с бесконечными атональными импровизациями (любовь к England в России столь сильна, что несколько сотен зрителей смогли-таки дослушать это до конца!). И в финале первого дня - «Сплин». Васильев методично исполнил все хорошие новые песни в акустике со струнным квартетом и почему-то клавишными. Эпичные песни предсказуемо не выдержали соседства живых струнных и клавишей, где-то подразвалились, где-то звучали странновато, но ритм-секция по привычке все вынесла на себе.

«Сплин»
«Сплин»

Второй день фестиваля «Усадьба Jazz» начался с джаза. Сначала луноликая Marimba Plus Льва Слепнера, потом удивительно попсовый скандинавский джаз от норвежского Tord Gustavsen Trio. Торд Густавсен похож на Раймонда Паулса. И пианистической техникой, и любовью к сентиментальным мелодиям, и тем самым выдохом тишины. Он умеет не играть, а молчать где нужно. Взаимопонимание в трио удивительное. Барабанщик Jarle Vespestad слышит, с какой силой Густавсен нажмет следующую клавишу (хотя не может этого видеть). Вишенкой на тортике стало исполнение импровизации на тему «Не отрекаются любя» - хотя вряд ли норвежцы слышали Аллу Пугачеву и песню Марка Минкова. Так уж сложилось.

Dhafer Youssef
Dhafer Youssef

А затем и великий удист Dhafer Youssef сказал свое веское слово. Многие приехали на фестиваль только из-за тунисского самородка, и не огорчились: сет Юссефа был внушителен и великолепен. Он сыграл свои главные хиты, и добавил немного нового из Sounds Of Mirrors (2018). Приятно было слышать, что у него такой прекрасный азербайджанский пианист, да и наш драммер Саша Машин не оплошал. Кстати, по геотегам инстаграма можно догадаться, что Юссеф успел кое-что записать на московских студиях, ждем…

Caro Emerald
Caro Emerald

От афробита Iyeoka, на самом деле миксующей вообще все подходящие музыкальные жанры, фестиваль пришел к еще одной высшей точке - Caro Emerald. Это вообще нечто из ряда вон. Голландка Каро Эмеральд просто взяла и вернулась к винтажному электро-кабаре, босанове и соулу, ее голос бесстыдно танцует между электрофанком и сильными четными долями. Это так привычно для русского шансона, но овеяно европейской стильностью… Каро не то, чтобы усердствовала, но явно купалась в лучах любви от русских поклонников. Замена ушедшей в тень Ирине Богушевской явно найдена.

Иван Дорн отыграл на фестивале свою программу Jazzy Funky Dorn, плюс представил еще пару новых композиций. «Живой концерт» Дорна — плохо, это уже трюизм. Да, Дорн совсем плох по части живаго, у него совсем нет голоса, он не умеет им управлять в живом исполнении. В студии все исправляется и выравнивается, а в живом исполнении мы слышим очень некрасивый тембр, бубнеж и неумение петь. Так и случилось, и струнный квартет ничем помочь и не мог.

Jamie Cullum
Jamie Cullum

В финале «Усадьбы Jazz» - сразу две поп-суперзвезды. На «Аристократе» играл Jamie Cullum, харизматичный британский пианист и вокалист с гладкой ностальгической поп-музыкой. Джейми умеет играть все, от стандартов до хайповых каверов, от Тимберлейка до Radiohead, и все это на удивление респектабельно. Он рассказал, что впервые играет в Москве, - но только после того, как выбежал к зрителям, похлопал по ладоням, забрался на забор и почти не грохнулся с него. Импровизация во всем.

А вот Black Eyed Peas, одна из самых успешных хип-хоп-групп мира, не ждала ничего хорошего от импровизаций. Фонограмма, как и в случае с Бэнкс, - гарантия успеха. Это минус, на который сверху наложены как бы барабаны и гитара (я не уверен, что они вообще были включены в пульт). На каждый голос у всех - адские обработки в реалтайме. Новая вокалистка Джессика Рейносо (бывшая финалистка «The Voice Philippines») сильно уступает Ферги, чего уж скрывать: она или орет, или пытается читать (неубедительно). Плюс фанеры в том, что звук похож на студийные версии. Минус в том, что фронтменам все-таки включили микрофоны: брака и мимонот огромное количество. Самое смешное, что автотьюн не справляется именно потому, что слишком много на голос идет других обработок, от вокодера до флэнджеров. Black Eyed Peas доказали, что они знатоки наворотов, а вот сами в ноты попадать не научились. Ну и дико слышать бэки на фанере, им самим лениво даже это пропеть. Салют над рекой сгладил все эти размышления и завершил праздник в Коломенском.

Салют
Салют

В сухом остатке мы можем констатировать, что в 2019 году фестиваль «Усадьба Jazz» реально перешел в высшую поп-лигу. Теперь это один из лучших, если не лучший, поп-фестиваль в России. А что дальше?

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Сергей Мухин, Анна Клейн, Сергей Киврин

The Cinematic Orchestra
The Cinematic Orchestra

Michael Kiwanuka
Michael Kiwanuka
06/05/2019 - 05:03   Classic   Концерты
Корсиканский хор A Filetta снова приехал в Россию, и снова - на фестиваль Башмета, в Ярославль. Остальные города пока лишены удовольствия слышать настоящее корсиканское многоголосие в средневековых традициях.

Невероятная схожесть грузинской и корсиканской полифонии выпукло обнаружилась на февральском фестивале Башмета в Сочи, где сознательно были сведены знаменитый грузинский ансамбль «Рустави» и самый известный корсиканский хор A Filetta. Ну просто невероятная! Те же мелизмы, те же глоссолалии — порою, закрыв глаза, легко спутать, кто же поет сейчас на сцене — корсиканцы или грузины.

Строгого научного объяснения этому пока нет. Музыковеды не написали еще монографий на эту тему. Но есть версии. Самые простейшие — по схожести. Мало культур вообще имеют многоголосие в своих музыкальных анналах, а кроме того — горы, море и теплый климат одновременно. Но есть версии и поглубже. Как корсиканская, так и грузинская культуры имеют общее доиндоевропейские корни, относящиеся к племенам иберов, первых властителей Европы. Достаточно прочитать «Коломбу» Проспера Мериме, чтобы засомневаться — точно ли о Корсике пишет классик? На концерте фестиваля Башмета в Ярославле A Filetta решился-таки спеть грузинский суперхит, но об этом попозже.

Корсиканский мужской хор A Filetta существует более 40 лет. Его голоса звучат в множестве кинофильмов («Гималаи», «Дон Жуан», «Птицы» и пр.). Издано множество пластинок, получено множество наград. Это величайшие мастера корсиканского пения. С точки зрения языка, корсиканский Corsu близок к тосканскому наречию, из которого позже был создан литературный итальянский язык. После завоевания Корсики Францией в 1770 году на острове началось насаждение французского языка, и корсиканский шел к своему уничтожению. Однако в XX веке появился корсиканский национализм, основой которого стало возрождение своего языка и прежде всего своей музыки. И получилось. С 1991 года Корсика стала автономией в составе Франции, корсиканскому языку дали некоторые права, его преподают в школах и университетах, однако ЮНЕСКО до сих пор считает его под угрозой исчезновения.

A Filetta
A Filetta

Собственно, выступления A Filetta — блистательный пример самобытности музыкальной культуры Корсики, те самые глубокие корни папоротника, давшие ему название. Никак не свойственная французской народной музыке полифоничность, да еще отточенная до абсолюта. Многоголосие рассчитано на 6 мужских голосов (именно столько в A Filetta), женщинам было дозволено петь лишь колыбельные и некоторые плачи. А плачей (voceri) в корсиканской музыке огромное количество — по умершим, по животным, от имени разбойников… Импровизационные плачи — это то, чего почти нет в грузинской культуре мужского пения (раз мы сравниваем с ней), а вот в итальянской есть и много. Корсиканское многоголосие pulifunie всегда а капелльно. И есть деление на религиозные каноны (плачи прежде всего) и светскую вольницу (колыбельные nanna и бытовые истории paghjella).

И тут нет правил. Корсиканская традиция — прежде всего устная традиция. Мужчины поют, чтобы свои эмоции отдать мелодии, вибрирующей и вторящейся в разных октавах. Поэтому они встают в круг или полукруг, как вставали пастухи в горах, образуют братство, даже обнимают друг друга, - чтобы не утерять связь. И чтобы слышать друг друга как можно лучше, - отсюда невероятные динамические диапазоны. То полушепот, то могучий рык, то нежнейшие контратеноровые виньетки. И не дай Бог повторить разным голосам мелодию paghjella «один в один»! Нет, только импровизация! Это все показал A Filetta в Ярославле, и в полной мере.

Приятно, что публика башметовского фестиваля в Ярославле восприняла все очень достойно, - жаркие аплодисменты, вызов бисов. A Filetta оказался снова понятым в России. Возможно, теперь этот хор будет приезжать в Россию гораздо чаще, и это очевидная заслуга Юрия Башмета. В Москве они не были ни разу, например. А Сочи и Ярославлю повезло.

A Filetta умеет делать музыкальные подарки. Скажем, первую часть концерта они завершили рождественским католическим гимном Venite Adoremus, известным в итальянской традиции как Adeste Fideles в исполнении Лучано Паваротти и Андреа Бочелли, а в русском переводе у католиков и протестантов как «О верные Богу». Зафиналили концерт они той самой а капелла грузинской «Тбилисо», подготовленной к фестивалю Башмета в Сочи. И спели великолепно. Да и бисов у них хватило.

Вадим ПОНОМАРЕВ

05/05/2019 - 03:35   Classic   Концерты
Фламандский барочный ансамбль Il Gardellino выступил в Ярославле на фестивале Юрия Башмета с единственным концертом. Аншлаг в зале и огромный успех. В чем причина?

Il Gardellino существует с 1988 года, и работает в чрезвычайно узкой нише аутентического исполнения средневекового барокко. Название, как нетрудно догадаться, взято у Вивальди. Il Gardellino («Щегленок» с голландского) — трехчастный камерный концерт Вивальди. К моменту создания ансамбля его основатели гобоист Марсель Понсель и флейтист Жан де Винн уже были весьма известными барочными музыкантами, игравшими в очень известных коллективах - Orchestre des Champs-Elysées, La Petite Bande и The Amsterdam Baroque Orchestra. И все как один — отъявленные пуристы. Только инструменты, максимально приближенные к тем, что существовали в момент написания музыки. Только манера игры, которая была принята у исполнителей того периода. Никаких компромиссов. Более того, некоторые инструменты де Винн делает сам, например, все его флейты сделаны собственными руками из эбенового дерева.

Il Gardellino

В Il Gardellino традиционно играет немалое количество музыкантов российского происхождения. Уже в первом составе появился знаменитый аутентичный фаготист Марк Минковский. В нынешнем составе сразу три таких музыканта, включая виолончелиста Сергея Истомина и клавесиниста Энтони Романюка. Ансамбль активно записывается, некоторые записи получили премии Diapason d’Or и Classica by the international music press. Словом, это без скидок один из лучших европейских барочных коллективов.

Il Gardellino

К Башмету бельгийцы привезли саксонскую программу. Замысел в том, чтобы сыграть музыку Баха и музыку его современников в одном концерте, дать возможность сравнить Баха и тех, кому не так повезло с известностью. Сравнивать Баха предложили с Яном Дисмасом Зеленкой и Иоганном Фридрихом Фашем.

Оба они практически никогда не исполняются «обычными» музыкантами, но исполнители-аутентисты их нежно обожают. И надо сказать, что эта музыка производит впечатление. Кантата Salve Regina от Зеленки выписана буквально пастельными красками, в ней много воздуха и романтики. Поющая сейчас в ансамбле камерное сопрано Лора Бинон с таким удовольствием выводит все эти предсказуемые, казалось бы, фиоритуры по всем церковным канонам, - и звучит это небанально, живо и почти эротично. Что удивительно для столь суровых лет.

Il Gardellino

Иоганн Фридрих Фаш, основатель лейпцигского общества Collegium musicum, представлен концертом для флейты и гобоя с оркестром. Солирующие партии сходятся и расходятся, клавесин создает тревожный булькающий фон, - все привычно и конструктивно надежно. Наверное, такое же мог написать Бах, тут и спору нет.

Но все меняется, когда начинает звучать Бранденбургский концерт №5 ре мажор Баха. Это, конечно, отдельное удовольствие на любителя слушать его в аутентичном исполнении — с клавесином и очень сухими тембрами прочих инструментов. Но почему нет? Многим именно так он и нравится. Дело в другом.

Начинается то самое знаменитое соло клавесина — и слушатель отправляется в космос. Это великая музыка, гениальная музыка. И вот чем она отличается от прекрасной и изощренной музыки Зеленки и Фаша. Им просто не повезло жить в одно время с гением. Они все писали, по сути, церковную музыку. С невероятно жесткими канонами. Но Иоганн Себастьян Бах оказался намного ближе к Богу. Вот в чем разница.

Замечательно, что подобные концерты позволяют каждому самому прослушать современников Баха, и самостоятельно решить, - кто ему ближе. Наверняка многие не согласятся с моими оценками (и уж сами музыканты Il Gardellino точно не согласятся!). Прекрасная работа музыкантов заслуживает самых добрых слов. Филигранное исполнение в стилистике эпохи, высочайший класс музицирования каждого солиста Il Gardellino, да уже сама возможность послушать аутентичные инструменты такого качества — праздник. Музыкантов задарили цветами, и хлопали в зале так восторженно, что бельгийцам пришлось играть сразу два биса. Зеленку и Фаша, разумеется...

Il Gardellino

Музыканты останутся тут еще на три дня: давать мастер-классы в Ярославском музучилище для юных российских музыкантов на Первой международной академии барокко в рамках фестиваля Башмета.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Рада ЛАМБРИНИ

04/05/2019 - 05:33   Classic   Концерты, Между жанров
Теперь в нем читают Константин Хабенский и его жена Ольга Литвинова, поют Жаля Исмаилова и Карина Хэрунц, Илья Кутюхин и Юрий Городецкий. А хора уже нет.

Представление состоялось в знаменитом Волковском театре Ярославля в рамках XI международного музыкального фестиваля Юрия Башмета. Именно здесь же, в Ярославле, в 2010 году и прошла премьера этого спектакля, но играли его тогда на набережной Волги, на открытой эстраде Художественного музея. С тех пор как только не менялась конфигурация спектакля! На премьере текст Пушкина читали Олег Меньшиков и Ксения Раппопорт. Затем в чтецы вливались Сергей Безруков, Константин Хабенский, Янина Колесниченко, Ксения Глинка, Алексей Кравченко, Ольга Литвинова. Хор то появлялся, то исчезал. А число певших в спектакле упомнить и вовсе затруднительно. Динара Алиева и Оксана Волкова начинали, это вот уж точно.

Жаля Исмаилова (Татьяна)
Жаля Исмаилова (Татьяна)

Теперь в спектакле из тех, кто более-менее часто пел в нем, остались Жаля Исмаилова (Татьяна), Илья Кутюхин (Онегин) и Олег Цыбулько (Гремин). Исмаилова за эти годы стала значительно увереннее играть, именно в актерском смысле, и дикция стала поразборчивей. Ее сопрано по-прежнему звучно и полетно. Кутюхин так не получил партии Онегина в Большом театре, да и у Башмета он по-прежнему и звучит и выглядит как новичок. Причины не понятны. Порой вообще неясно, кого он играет — он неубедителен и как циник, и как раскаявшийся циник. Все Ленские и Татьяны перепевают его, он просто не выглядит достойным визави. Уж очень невзрачен, что очевидно противоречит тексту. С этим что-то надо делать.

Жаля Исмаилова (Татьяна) и Илья Кутюхин (Онегин)
Жаля Исмаилова (Татьяна) и Илья Кутюхин (Онегин)

А вот к Цыбулько никогда не было никаких претензий — его бас надежен, основателен, что у Башмета, что в Большом. Он не слишком артистичен, но как раз это и требуется от Гремина, так прописано и у Пушкина, и у Чайковского. Цыбулько абсолютно на своем месте. Анастасия Бибичева (Ларина) и Ирина Чистякова (Няня) и играют драматически точно, и поют замечательно.

Прежде чем перейти к прочим, стоит подчеркнуть главное. Это — не опера «Евгений Онегин». Это не концертное исполнение, и даже не фрагменты оперы. Юрий Башмет и режиссер «Геликона» Илья Ильин создали короткую полуторачасовую композицию из главных арий и ансамблей оперы «Евгений Онегин», спрессовав все по максимуму, и при этом сохранив сюжетную линию (тут помогают как раз чтецы), и оставив героев в их исторических костюмах. Никакого авангарда. Только популярное достоверное изложение для тех, кому 4-часовая опера Чайковского не по зубам, и даже сюжет они не в состоянии понять. Зато тут поют отличные певцы из Большого и Мариинки, играет отличный (да-да, именно тут он такой) оркестр «Новая Россия» и читают знаменитые актеры. Это поп-продукт, сделанный качественно и предназначенный для очень широкого круга зрителей. Непосвященные легко понимают все (почти) изгибы сюжета, слушают великие арии в исполнении отличных певцов, и видят перед собой известных актеров. Шансов, что кто-либо уйдет через полтора часа уставшим и со словами «ничего не понятно» - нулевые. Так и задумано. Успех других авторских композиций Башмета на темы опер «Кармен», «Пиковая дама» и «Севильский цирюльник» доказал, что людям это нужно.

Карина Хэрунц (Ольга), Юрий Городецкий (Ленский), Жаля Исмаилова (Татьяна) и Илья Кутюхин (Онегин)
Карина Хэрунц (Ольга), Юрий Городецкий (Ленский), Жаля Исмаилова (Татьяна) и Илья Кутюхин (Онегин)

Ольгу сейчас поет меццо Карина Хэрунц, выпускница МГК, училась в Молодежной программе Большого у Вдовина, на широкую публику засветилась в телепроекте «Большая опера» 2016 года. Если на первом появлении в спектакле Башмета еще была заметная некая робость, то теперь Карина поет уверенно. У нее фантастической красоты голос, которому в этой роли только чуть-чуть не хватает ольгиной романтики. Карина Хэрунц вжита в образ, у нее отличная дикция (школа Вдовина очевидна), и она тут явное украшение всего спектакля. Что и говорить.

Дуэль Онегина и Ленского
Дуэль Онегина и Ленского

Странные чувства снова оставил Юрий Городецкий в роли Ленского. К его голосу никаких вопросов — роскошный светлый тенор, полетный и красивый, особенно в верхних регистрах. Столько, сколько аплодировали Городецкому после «Что день грядущий мне готовит», не аплодировали, кажется, у Башмета больше никому. Он молод, у него роскошная шевелюра (не «до плеч», как у Пушкина, но все же). Он поет как молодой, и это здорово — надоело слушать в этой роли старческие голоса, или молодые, но стилизованные под стариков а-ля Козловский, при всем уважении. Но откуда этот вечно испуганный взгляд? Откуда эта робость, эта неуверенность во всем? Ну никак не согласуется это поведение с пушкинским Ленским:

Красавец, в полном цвете лет,
Поклонник Канта и поэт.
Он из Германии туманной
Привез учености плоды:
Вольнолюбивые мечты,
Дух пылкий и довольно странный,
Всегда восторженную речь
И кудри черные до плеч.

Восторженный вольнолюбец! Хипстер и диссидент, максималист и идеалист. Ничего этого из игры Городецкого не следует. Он ходит будто затравленный, и боится дуэли больше Онегина. Словом, это очень-очень сыро. И спасает только голос белорусского тенора, он хорош.

Константин Хабенский
Константин Хабенский

Хабенский с женой пока не выглядят дуэтом, хотя в этой постановке появляются вместе минимум с 2015 года. Хабенский все тянет на себе, ему не привыкать. Сардоническую иронию Пушкина он понимает, но донести в полном объеме все-таки побаивается, - как бы не перетянуть одеяло на себя. Поэтому доносит искрящийся юмор Пушкина строго дозированно, не призывая зрителя поиронизировать вместе с ним (многие в зале и не поняли даже иронию автора!), - но скорее с интонациями летописца. Впрочем, тексту «Евгения Онегина» вообще не везет с современными язвительными интонациями, - разве что Римас Туминас решился в театре Вахтангова подступиться к этой задаче, прочитать юмор Пушкина «как сегодня», да и то не все получилось. А уж как некоторые «звезды» читали в «год литературы» этот текст на голубом глазу, безо всякого понимания контекста… Лучше не вспоминать. У Хабенского тоже пока не получилось, но он - хотя бы попытался. Кое-какие искрящиеся пузырьки пушкинского ума и юмора он донес, и то хорошо. А уж Ольга Литвинова читала это словно диктор радио зачитывает заявление Политбюро ЦК КПСС.

ТЕКСТ
Юрий Городецкий (Ленский), Ольга Литвинова, Юрий Башмет, Константин Хабенский, Карина Хэрунц (Ольга)

Зато сколько было аплодисментов, сколько искреннего удовольствия публики от приобщения к великому шедевру! Вот за этим Башмет и делает этот проект. Оркестр вышколен до невозможности, наигран и опытен. Татьяна и Ольга тут выглядят достаточно живо — разница их темпераментов считывается сразу. Что же касается пары Онегина и Ленского, то я бы предпочел слушать Жилиховского и Романовского, - они в этом спектакле смотрелись гораздо драматичнее и ярче, чем Кутюхин и Городецкий, увы.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Рада ЛАМБРИНИ

03/05/2019 - 03:42   Classic   Концерты, Джаз, Между жанров
Испанский духовой квинтет Spanish Brass сыграл в программе XI международного фестиваля Юрия Башмета в Ярославле, и получил невероятно восторженный отклик у зрителей.

История Spanish Brass началась в 1989 году, когда пятеро молодых музыкантов создали в Валенсии духовой квинтет, и поехали по конкурсам и фестивалям. В 1998 году они получили первую премию на престижнейшем конкурсе медных духовых в Нарбонне (Франция). Они выступали на Большом американском фестивале духовых оркестров, Нью-Йоркской духовой конференции, в Джульярде и Итаке, на фестивалях во Франции, Гранаде, Люцерне, Корее, Шлезвиг-Гольштейне, Греции, Бразилии, Италии… И конечно, в родной Испании, где в 2017 году они получили на I Bankia Music Talent Award титул самых влиятельных музыкантов страны. А в спонсорах у них, на секундочку, - Баффет Груп, институт культуры Валенсии и министерство культуры Испании.

Spanish Brass

Сегодня они празднуют 30-летие, записав за свою карьеру 24 альбома, проводя сразу два собственных медных фестиваля SBALZ и BrasSurround, проводя мастер-классы духовых в крупнейших музыкальных школах и фестивалях мира, в том числе тут, в Ярославле, на фестивале Юрия Башмета, который вообще любит медные духовые и всегда привозит кого-то достойного (в прошлом году были, например, фантастические итальянцы «Quintessenza Brass»).

Программа была заявлена для традиционного духового квинтета (две трубы, валторна, тромбон и туба) весьма неординарная. Помимо привычных произведений де Фалья, Пикераса, Эвальда и всего такого «духового», обещали сыграть… увертюру к опере Верди «Сила судьбы», фрагмент фортепианной Испанской сюиты Альбениса, «Королевский марш» Игоря Стравинского и не менее неожиданную Chega de Saudade Жобима.

Spanish Brass

Уже на первом же номере, который не входил в программу концерта, и который трубач Карлос Бенето объявил «подарком заранее», выяснилось, что сыгранность и техника у всех участников квинтета — на высочайшем уровне. Сложнейшие пассажи играются легко и непринужденно, при полном отсутствии киксов. Это действительно потрясающий воображение уровень музицирования. Все награды заслужены.

Иное дело репертуар. Почти все переложения классики сделаны самими музыкантами, и хотя они не лишены изящества, все же представление об исходных нетленках дают с трудом. Техничность игры тут не спасает. Скажем, увертюра оперы «Сила судьбы» не только значительно обеднена гармонически, так еще и некоторые части опущены на полтона до ми бемоля, а некоторые.. оставлены «как есть». Обесценены или вовсе опущены тутти, хотя казалось бы — духовые… Словом, Верди непременно кинул бы гнилым помидором. Или ажурная «Астурия» из первой Испанской сюиты Альбениса — зачем превращать ее в странное месиво из мелодий и неуклюжего имитирования гитары? Понятно, что Альбенис писал ее для фортепиано, сам имитируя гитарное фламенко. Это потом уже из соль минора гитаристы транскрибировали в ми минор, урезали фортепианный диапазон до гитарной тесситуры, и большинство знает Asturias по гитарному переложению Андреса Сеговии или Spanish Caravan у The Doors. Духовые же тут заведомо толкаются как слон в посудной лавке. Еще бы «Полета шмеля» сыграли...

Словом, переложения классики можно воспринимать только с некоторой иронией, как забавные игры разума.

Spanish Brass

Во всей красоте Spanish Brass раскрывается, когда дело доходит до того, для чего они созданы. Комплиментом российскому слушателю стало открытие концерта с брасс-квинтетом №1 си-бемоль минор Виктора Эвальда. Это инженер-строитель из Санкт-Петербурга, первым в мире написавший оригинальное произведение для духового квинтета (много позже нашли 12 медных квинтета француза Беллона). Сам Виктор играл в кружке музыкантов-любителей Беляева (из него же вышла вся «Могучая кучка») на виолончели, но известны его опыты с тубой и в духовом квинтете. Мелодически брасс-квинтет Эвальда перекликается с известной песней «Смело мы в бой пойдем», сама являющаяся парафразом романса «Белой акации гроздья душистые» Штейнберга на слова адмирала Колчака. Тем не менее, романс датируется кануном революции, а Эвальд сочинил свой квинтет в 1890 году. Блестящая техника и фразировка Spanish Brass производят неизгладимое впечатление.

Фаррука Мануэля де Фалья из балета «Треуголка» тоже незримо отсылает к России, а именно к Дягилеву, который и заказал де Фалья музыку к балету El sombrero de tres picos (премьера — 1919 год в Лондоне). Spanish Brass, конечно, сильно упростил оркестровку, исчезли эти узнаваемые ориентальные струнные, - но все духовые партии остались на месте, с цитатой из Пятой Бетховена. И вся эта андалузская певучесть и страстность — она генетически в крови Spanish Brass. Как и открытая эмоциональность в интермедии из сарсуэлы «Свадьба Луиса Алонса» Геронимо Хименеса. Разве что иногда очень не доставало кастаньет и гитар, да и танцев... «Дорого везти», - иронически оправдывался за немые претензии зала Карлос Бенето. Блистательная работа Spanish Brass!

После угловатого, чего скрывать, «Королевского марша» Стравинского из «Истории солдата», - трогательное попурри песен Эдит Пиаф. Настолько романтическое, насколько можно себе это представить для песен «парижского воробушка». Приятно удивила и версия великого Антониу Карлоса Жобима Chega de Saudade (кстати, в 2014 году вышел ремастеринг его оригинальных исполнений, послушайте, если еще не сделали этого). Казалось бы, где там место духовым? Но у Spanish Brass получилось все очень деликатно и снова очень романтично.

А полный жар начался с сугубо брассовых вещей, которые Spanish Brass приберег для финала концерта. Знаменитый стандарт фламенко De Cai Паскуаля Пикераса, диксиленд-брассы Pentabrass Рамона Кардо и The Sidewinder Ли Моргана. Музыканты не то чтобы раскрепостились, - они будто занялись наконец любимым делом. Никаких оглядок на ноты, - только драйв, только жар, только абсолютная свобода. На бис — расхристанный «Караван» Эллингтона и что-то еще разнузданное…

Spanish Brass – великолепный, отменно артикулированный ансамбль. 30 лет не прошли даром. Дело даже не в безупречном звукоизвлечении (которого так не хватает отечественным духовикам), но в темперированности, чувстве вкуса и меры, соразмерности piano и forte, тончайшем сопереживании и ансамблевости. Очень хотелось бы услышать их в Москве и Питере уже не в «экспортном» открыточном варианте, а с той музыкой, которую они сами любят и блистательно играют — сарсуэлы, фламенко и брассы всех мастей. А уж как Карлос Бенето конферирует концерт, порой на грани фола (в переводе ярославские зрители не услышали этого из-за стеснительности переводчицы), или отстукивания по раструбу тубы в качестве кахона — это отдельное шоу. И тоже блистательное.

Или отстукивания по раструбу тубы в качестве кахона — это отдельное шоу
Или отстукивания по раструбу тубы в качестве кахона — это отдельное шоу

Как и уход со сцены через зал, и игра в фойе Ярославской филармонии подле своих тех самых CD, подобно гамельнскому дудочнику из сказок братьев Гримм.

Spanish Brass

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Рада ЛАМБРИНИ

02/05/2019 - 03:23   Classic   Концерты
XI международный музыкальный фестиваль Юрия Башмета в Ярославле открылся громкой премьерой кантаты «Двенадцать» Алексея Сюмака на стихи Александра Блока для солистов и оркестра.

Сюмак — один из самых заметных учеников профессора Александра Чайковского (у него тут своя премьера, но об этом позже) в московской консерватории. Победитель Конкурса молодых композиторов им. П. Юргенсона (2003, 2005) и Пифийских игр (2006), Алексей Сюмак ныне буквально нарасхват. Из поколения условно 40-летних он плодовит и художественно разнообразен. Много сотрудничал с режиссером Кириллом Серебренниковым («Киже», «Станция» и «Реквием» с Курензисом), с Борисом Юханановым («Сверлийцы. Эпизод III»). Обладатель премии фестиваля «Золотая Маска»-2018 за музыку к опере «Cantos» (Пермский театр оперы и балета, дирижер Теодор Курентзис). Преподает в МГК, один из музыкальных кураторов модного театра «Практика».

В кантате «Двенадцать», законченной в прошлом году, Сюмак не «нарушил сознательно все каноны традиционного академического жанра», как он говорит про иные свои произведения. Напротив, в прочтении мистического текста Блока композитор будто идет привычными постмодернистскими тропами — 20-е годы прошлого века явно ассоциируются у него с привычными именами: Мосолов, Гавриил Попов, ранний Шостакович, Чесноков и т. д. Он декомпилирует эстетику каждого из них, и нанизывает на звук препарированного духового оркестра тех же лет с частушками. Получается почти что киномузыка. Тревожный звук революционных лет в символическом видении Блока:

Революцьонный держите шаг!
Неугомонный не дремлет враг!

Ноты кантаты Алексея Сюмака (фото из аккаунта автора)
Ноты кантаты Алексея Сюмака (фото из аккаунта автора)

На премьере пели солистка Большого театра сопрано Екатерина Щербаченко и тенор Ярослав Абаимов, ныне солист «Новой оперы». Им пришлось непросто: Сюмак не слишком щедр на мелодии (если не сказать обратного), почти половина текста Блока отдана речитативу, да и сам текст непрост даже для его выговаривания. Блоковский текст, кажется, не сокращен, или же это этого незаметно. А вот сокращенный состав оркестра «Новая Россия» (в него включен баян, и это прекрасная тембровая находка) расслаблен, не испытывая никаких проблем с бесконечными повторами простых мелизмов, - музыканты явно получают удовольствие. Революционная эстетика потребовала значительной акцентировки на ударных инструментах, акценты почти сродни равелевскому «Болеро», хотя ближе к коде окутываются зыбистой трясиной эффекта «обратного воспроизведения пленки» у оркестра. Отчего особенно звонко играет финальная фраза Блока «В белом венчике из роз — Впереди — Исус Христос». Фраза прозвучала более чем эффектно.

Екатерина Щербаченко и Ярослав Абаимов
Екатерина Щербаченко и Ярослав Абаимов

Оставила вопросы практика отдавать явно мужские фразы Блока к сопрано, и наоборот. На премьере художественных обоснований этому уловить не удалось, но это может быть следствием премьерной же сырости. А в целом — это яркое произведение, которому вполне может обещаться долгая исполнительская судьба. Главная тут сложность — вовсе не оркестровка, а необходимости достижения идеальной органики у вокалистов. Чтобы каждая фраза звучала как только что придуманная и сказанная, чтобы не обращаться в агитку.

Исполнение «Слова о полку Игореве» 
 Александра Чайковского
Исполнение «Слова о полку Игореве» Александра Чайковского

На гала-концерте открытия прозвучало масштабное произведение учителя Сюмака — профессора Александра Чайковского «Слово о полку Игореве». Премьера была в феврале на сочинском фестивале Башмета, а аккурат к ярославскому вышел компакт-диск с записью драматической симфонии для чтеца (им стал Михаил Ефремов), альта Юрия Башмета, симфонического и народного оркестра (как и на пластинке, на сцене играл Государственный народный ансамбль «Россия»). Собственно, это и стало презентацией CD, вышедшего на фирме «Мелодия». Дирижер — Фредди Кадена, эквадорец, окончивший МГК и с тех пор регулярно участвующий в фестивале «Московская осень» и вообще охотно играющий всю современную российскую музыку.

Актер Михаил Ефремов находится в отличной творческой форме и, тем не менее, до сих пор испытывает заметные затруднения с чтением текста «Слова о полку Игореве», пусть и пересказанный современным русским языком. Живого слова не получается. И еще его очень много. Букв много. Получается примерно как с Шекспиром — когда русским актерам доводится быстро произносить его текст, все превращается в странноватый радиоспектакль. Хоть как-то приблизить его к речи современного человека не удалось (и не факт, что Чайковский имел таковую цель). Но Ефремов сделал все, что мог, к нему никаких претензий. К тому же Чайковский затейливо окружил текст приличным количеством звуковых трюков: стилизации сыплются как из мешка. Чайковский переосмысливает архаику и современность, Глинка обращается в Римского-Корсакова, а оба вместе — в плач Ярославны. За этим очень интересно наблюдать, при известной доле наслушанности. Это выглядит как изощренное шоу фокусника. Получается ли у этой эквилибристики добавленная стоимость — судить уже слушателю и времени.

Виолончель Надеж Роша
Виолончель Надеж Роша

Башмет не был бы Башметом, если бы не пригласил на фестиваль одаренную молодежь. Прекрасно показала себя молодая швейцарская виолончелистка Надеж Роша, выпускница Кельнской консерватории, лауреат конкурса «TONALi».

Надеж Роша
Надеж Роша

У нее гибкая плавная кисть, мягкое романтическое звукоизвлечение и отменная старая виолончель с характерным глуховато-певучим тембром. В концерте №1 Сен-Санса чуть-чуть не хватило разве что акцентов — там, где нужен энергичный штрих, юная красавица продолжает играть привычно-элегично, лишая Сен-Санса должного контраста и объема. И все же Роша произвела прекрасное впечатление.

Сергей Накаряков и оркестр «Новая Россия» п/у Юрия Башмета
Сергей Накаряков и оркестр «Новая Россия» п/у Юрия Башмета

Виртуоз Сергей Накаряков, российско-израильский трубач, ныне живущий в Париже, вряд ли нуждается в представлении. Тут на фестивале он продемонстрировал свой любимый прием виртуоза - сыграл переложение для флюгельгорна знаменитой «Вариации на тему рококо» Петра Чайковского, эталона для виолончели. На конкурсе Чайковского эти вариации — обязательный номер в конкурсе виолончелистов. Накаряков же традиционно использует подобные переложения, чтобы продемонстрировать максимум возможностей инструмента. Получилось, хотя и с оговорками. Все же флюгельгорн физически не приспособлен к множеству изощренных пассажей, а в таких произведениях они генетически заложены в память слушателя. Что никак не отменяет виртуозности артиста, и овация после его выступления выглядит абсолютно заслуженной.

Юрий Башмет и Сунвоок Ким
Юрий Башмет и Сунвоок Ким

Завершился гала-концерт симпатичным исполнением концерта для фортепиано с оркестром ля минор Эдварда Грига, солировал пианист из Южной Кореи Сунвоок Ким.

Фестиваль продлится до 9 мая.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Рада ЛАМБРИНИ

18/03/2019 - 06:22   Classic   Концерты
Этот концерт был из серии исторических: великие артисты на сцене, безупречное исполнение, прекрасный оркестр и буря оваций в финале. И посвящение памяти Зураба Соткилава, что не менее важно.

А формально это был концерт открытия XVII фестиваля «Хибла Герзмава приглашает…». Фестиваль существует с 2001 года, и понемногу разросся до немалых масштабов - кроме изначального Сухума, концерты проходят в Москве, Нью-Йорке, Вене и других музыкальных столицах мира. Постоянная составляющая - блистательное сопрано самой Герзмава. Приглашенные - мировые звезды, причем далеко не всегда из мира академической музыки.

Хибла Герзмава и дирижер Даниэле Каллегари
Хибла Герзмава и дирижер Даниэле Каллегари

Но на сцене БЗК в этот вечер стояли именно что звезды академической. Хибла Герзмава, аргентинский тенор Хосе Кура и ГАСО им. Светланова под управлением дирижера Даниэле Каллегари. И трудно было не объяснить все историческими совпадениями. В центре внимания - «Отелло» Верди. Хибла Герзмава дебютировала в партии Дездемоны в «Метрополитен Опера», это было в 2016 году. А уже в 2018 году пела ее в Дрезденском оперном театре имени Земпера вместе с Хосе Кура в партии Отелло, дирижировал Даниэле Каллегари. Именно после этого выступления у Хиблы появилась идея спеть с Кура «Отелло» в Москве, но уже в концертном исполнении.

Хибла Герзмава
Хибла Герзмава

Посвящение Зурабу Соткилава не менее символично. X Международный конкурс им. П.И. Чайковского в Москве (1994) принес Хибле Герзмава безусловный Гран При. Ни до, ни после Гран При более не вручали. Зураб Соткилава, спевший к тому времени Отелло в Большом театре, был тогда председателем вокального жюри. А в жюри еще были, на секундочку, Елена Образцова (она отдала свой специальный приз именно Герзмава) и Мария Биешу... Партия Отелло была коронной для Соткилава, каковой стала и для Хосе Кура.

Хосе Кура и Хибла Герзмава
Хосе Кура и Хибла Герзмава

Так и получилось. Протянута ниточка от Соткилава к Кура, и ее проводником стала именно Герзмава, поющая Дездемону везде и всегда. В мае выйдет премьера в МАМТ, музыкальный руководитель и дирижер-постановщик - Феликс Коробов, и этот концерт можно рассматривать как генеральную репетицию с великим партнером перед премьерой в МАМТе.

Конечно, аншлаг. Ни одного свободного места в зале, более того, ни один зритель не ушел в антракте! Нельзя сказать, что зал заполнен абхазско-грузинской диаспорой, но в числе зрителей фестиваля - глава московской абхазской диаспоры Беслан Аргба, чрезвычайный и полномочный посол Абхазии в России Игорь Ахба и заместитель министра культуры и охраны историко-культурного наследия Абхазия Батал Кобахия, который специально прилетел в Москву на фестиваль.

Хосе Кура и Хибла Герзмава
Хосе Кура и Хибла Герзмава

Начали с интермеццо и арии Канио в «Паяцах». Не секрет, что Кура петь все сложнее, он сокращает репертуар из-за возрастного уплощения голоса. Меньше обертонов и верхнего регистра. Но в среднем и нижнем он звучит по-прежнему убедительно и величественно, что и доказал в «Паяцах». Еще более он артистичен, органика удивительная для концертирующего артиста. Арии Леоноры из оперы «Сила судьбы» Верди в исполнении Герзмава прозвучали привычно воздушно, с большим запасом дыхания и необходимой легкостью, что и говорить. В дуэте с Альваро любопытно было слышать противопоставление артистических темпераментов: Кура пел глуховато с атакой в верхнем регистре, а Герзмава парила во всех диапазонах разом. При этом голоса красиво сливались, что и есть самое важное для дуэта.

Хосе Кура
Хосе Кура

Во втором отделении пели четвертый акт «Отелло». Стоит отметить, что Хосе Кура по-прежнему великолепен в страстях и интонировании, а Хибла Герзмава - почти во всем. И тут важно упомянуть роль оркестра. ГАСО им. Светланова играл привычно академично, но многолетний дирижер «Ла Скала» Даниэле Каллегари требовал от него переизбытка эмоций. Оркестр не повелся на провокации, но все-таки чересчур часто (особенно в духовой секции) перекрывал не то что камерный, но достаточно интимный вокал Хиблы. Равновесие сумели найти ближе к финалу концерта, но хотелось бы куда ранее...

Хосе Кура и Хибла Герзмава
Хосе Кура и Хибла Герзмава

На бис повторили дуэт, а в качестве десерта Хибла Герзмава спела а капелла абхазскую народную песню Warada.

Хосе Кура и Хибла Герзмава
Хосе Кура и Хибла Герзмава

И что такое был этот концерт? Это было прекрасно. Герзмава показала высочайший класс вокала, и отдала дань уважения прекрасному тенору Хосе Кура и заодно Зурабу Соткилава. Почему нет? После концерта, увы, Хибла отказалась давать какие-либо комментарии нам, - но это был прекрасный концерт. Именно из тех, что называются историческими.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Светлана МАЛЬЦЕВА

25/02/2019 - 02:34   Classic   Концерты
В Сочи большим гала-концертом завершился XII Зимний международный фестиваль искусств Юрия Башмета. Омрачило закрытие одно: нездоровье самого Башмета. Как он признался, до последнего момента было непонятно, сможет ли выйти на сцену.

Два раза вызывали скорую, кололи лекарства. Отказавшую ногу все-таки удалось привести в порядок, с трудом, но Юрий Абрамович вышел и сыграл. Мировая премьера первого в истории, как было заявлено, музыкального сочинения нейронной сети Яндекса для альта с оркестром готовилась давно, и не сыграть его было бы особенно обидно. Там же, где Башмет должен был дирижировать «Новой Россией», его подменил Денис Власенко, и сделал это блистательно.

Денис Власенко
Денис Власенко

На предконцертной пресс-конференции журналисты допрашивали представителя Яндекса Александра Крайнова и композитора Кузьму Бодрова, как это так вышло, что искусственный интеллект научился сочинять академическую музыку.

Пресс-конференция: Кузьма Бодров и Александр Крайнов
Пресс-конференция: Кузьма Бодров и Александр Крайнов

«У нас была нейросеть, которая умела писать музыку, но про симфонический оркестр мы не задумывались, - рассказал Крайнов. - Но когда поступило такое предложение, мы загорелись этой идеей, работали без выходных все новогодние праздники. И я необычайно вдохновлен финальным результатом, который услышал тут на репетиции. Это первые робкие шаги применения искусственного интеллекта в классической музыке. Мы наблюдаем рождение не нового композитора, творца, а - нового инструмента для творца. С годами использование ИИ для творцов будет таким же естественным, как применение компьютера».

Яснее не стало. Представитель Яндекса продолжил разъяснения:

«Мы собрали все музыкальные произведения классической и другой музыки, и начали учить нейронную сеть так, чтобы она из сжатого представления музыки в целом была максимально похожа на ту музыку, которая существует. Ей надо было найти взаимосвязи, по которым ноты соединяются в музыку. Мы можем в разных пропорциях смешивать произведения разных композиторов, от этого меняется музыка на выходе. До того, чтобы нейронная сеть смогла создавать полноценные произведения, мы пока не дошли. Но работаем над этим».

Композитор Кузьма Бодров, доводивший все это до ума, дал еще подробностей:

«Я получил письмо в январе с заголовком «Ты только не пугайся», где было предложение от Дмитрия Гринченко. Там было 20 файлов, они звучали как фортепиано соло. Я отобрал самые удачные паттерны, и начал их развивать. Все соло альта и фортепиано — идеи нейросети. А мои оркестровые аранжировки — отраженные от них линии и добавление некоторых пластов».

Пришлось спросить, отчего для «поиска взаимосвязей нот» не использовались теория композиции, зачем ИИ изобретать ее заново. Яндекс объяснил:

«По учебникам не получается, мы лишь можем сделать свою версию правил. В ИИ используется инфлюэнс, а не правила языка. Мы загружаем тексты, и на этих примерах машина обучается переводить с одного на другой. С музыкой то же самое — мы даем ей музыку, и она учится делать музыку. Компьютер пишет музыку из хаоса, и методом преобразования выстраивается некая гармония».

Кузьма Бодров добавил, что все композиторы обучаются на примерах. Поэтому учебников по композиции не существует. (Это, конечно, не так, есть учебники Месснера, Когоутека, Шёнберга, Ксенакиса и даже «устаревшая, но довольно верная» книга Римского-Корсакова отдельно по оркестровке. Причем Шёнберг и Ксенакис настолько математичны, что почти идеальны для компьютера).

Юрий Башмет и Кузьма Бодров играют музыку искуственного интеллекта
Юрий Башмет и Кузьма Бодров играют музыку искуственного интеллекта

Так что же в итоге? 7-минутная пьеса с партиями альта и фортепиано, порой дико странно звучащими, - космично и безжизненно. Оркестровка действительно туманно и неизобретательно окутывает эти космические звуки. Больше об этом сказать и нечего.

Николай Луганский
Николай Луганский

Главной звездой вечера стал пианист Николай Луганский. Концерт для фортепиано с оркестром Эдварда Грига прозвучал породисто, в лучших традициях русской фортепианной школы. Высочайшая культура звукоизвлечения, легкие кисти, психологически глубоко осмысленный Григ. К приезду Луганского на рояле Yamaha в Зимнем театре Сочи полностью заменили молоточки, никаких технических проблем не замечено. Луганский же звучал восхитительно.

Николай Луганский
Николай Луганский

Фестиваль пошел на смелый экспромт. Рахманинова призвали сыграть турецкую пианистку Идиль Бирет. Ее прочтение «Рапсодии на тему Паганини» оказалось довольно неожиданным. Это был кто угодно, но не Рахманинов в привычном нам понимании. Возможно, это был Дебюсси, или даже кто-то из венских неоромантиков. Эксперимент поняли не все.

Идиль Бирет
Идиль Бирет

«Новая Россия» в одиночку справилась с Первой сюитой Грига «Пер Гюнт» и увертюрой «Ромео и Джульетта» Петра Чайковского. Пожалуй, Григ был в этот вечер поубедительнее…

Василиса Бержанская
Василиса Бержанская

Стоит упомянуть, что завершилась и образовательная часть фестиваля. Последним стал отчетный концерт учеников вокального департамента под руководством Дмитрия Вдовина. На нем особенно запомнились роскошные голоса баритона Андрея Кимача (он уже поет в Большом, да и у Башмета уже пел в спектакле «Страсти по Пиковой даме) и меццо-сопрано Василисы Бержанской (солистка Deutsche Oper Berlin и Датской оперы). Они, конечно, учатся в Молодежке Большого театра у Дмитрия Вдовина.

Андрей Кимач
Андрей Кимач

Вчера же прошел детский день. РАМТ сыграл «Чисто английское привидение», а оркестр «Новая Россия» с актерами Евгением Стычкиным и Ольгой Сутуловой показали фрагменты сказок Киплинга, соединенные с фрагментами же британской музыки. Звучали Перселл, Бриттен, Элгар, Воан-Уильямс и др. Звучали прилично, ведомые рукой Дениса Власенко. А вот с текстами Киплинга вышла незадача — они длинны (актеры даже не смогли выучить их и читали по бумажке), не слишком понятны детской аудитории, да и какая-либо увязка с Бриттеном или Перселлом считывалась с трудом, как и с песочной анимацией на экране. Чтецы скорее мешали прилично звучащему оркестру. Но это ведь тоже эксперимент!

Фрагменты сказок Киплинга
Фрагменты сказок Киплинга

«Нам все говорят, что фестиваль получился особенно насыщенным, - подытожил директор фестиваля Дмитрий Гринченко. - Мне кажется, что мы в нормальном рабочем состоянии. Самое ценное — сам фестиваль, который стал особенным явлением культурной жизни России, без преувеличения. Мы не считали точно, но в целом фестиваль посетили, с учетом лекториев и спектаклей, 17-18 тысяч человек».

Зимний фестиваль Башмета в Сочи во многом уникален. В Москве или Питере такое сделать просто невозможно. Никто не отдаст зал Чайковского на 10 дней, концерты в нем расписаны на годы вперед. Здесь же на 10 дней в едином фестивальном пространстве собрались музыканты, директора филармоний, композиторы, журналисты, актеры, танцоры балета, видеохудожники, - кого только нет! И зрители, конечно. Сразу несколько мировых премьер. Артисты — от Тайваня до США. Множество спецпроектов, живущих только на этом фестивале. Экспериментальные и сугубо академические концерты. Так что, да — уникальный фестиваль.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Алексей МОЛЧАНОВСКИЙ

23/02/2019 - 14:27   Classic   Новости
На Зимнем фестивале Башмета в Сочи подвели итоги V международного конкурса композиторов памяти Альфреда Шнитке и Святослава Рихтера.

Обычно это выглядит так. Произведения финалистов конкурса играют на сцене Органного зала Сочи в присутствии членов жюри, и только после этого они принимают окончательное решение. Жюри весьма представительное. Возглавляет его Александр Чайковский, которого представлять бессмысленно. А в само жюри входят Юрий Башмет, польский композитор и профессор Кшиштоф Мейер, бельгийский композитор и менеджер Патрик де Клерк, белорусский композитор Валерий Воронов, итало-швейцарский композитор Оскар Бьянки, российские композиторы Кузьма Бодров и Алексей Сюмак, китайский композитор Йин Ван и директор Башмета Дмитрий Гринченко.

Жюри
Жюри

Обыкновенно именно этот концерт и становится самым интересным на фестивале, потому что только тут звучат свежайшие новые произведения самых разных стилистик. В этом году так и случилось снова. Причем на удивление финалисты в этом году были достаточно «консервативны», то есть совсем уж белого шума не было вовсе. Все финалисты показали грамотную работу с академической традицией, хотя не отказали себе в удовольствии препарировать все это на новый лад. И все-таки совсем нового языка изобрести не удалось.

Конкурс молодых композиторов 2019

Первую премию разделили. Мердан Бяшимов (Туркменистан) не в первый раз участвует в конкурсе, но тут его фортепианный квинтет «Седий мариця» покорил буквально всех. Первая часть с «пьяным альтом», затем почти возрожденческий фрагмент, а в финале — удивительный сплав туркменских мелосов и постмодернизма. Вообще говоря, самая самобытная пьеса конкурса, - ее точно не спутать ни с кем. Разделили первую премию с Алексеем Попковым, учеником А.Чайковского, но убеждать в самобытности его трио нелепо.

Мердан Бяшимов получает приз из рук Александра Чайковского
Мердан Бяшимов получает приз из рук Александра Чайковского

Вторая премия присуждена еще одному открытию конкурса — Даниилу Посаженникову. Его Квинтет вообще-то тонкий реверанс Стравинскому, но при этом редкий по нынешним временам мелодизм и ритмичность подкупают сразу, а уж взмахи смычков, зафиксированные в партитуре, - не только китайский референс, но и шоу.

Третью премию дали немцу Тобиуса Фанделю за Verhaltnisse, дипломы лауреатов — россиянам Мирославу Черноусову за Фортепианный квинтет и Анастасии Вабищевич за «Застывший свет».

В этот же вечер на фестивале прошел барабанный концерт «У Театр» (Тайвань).

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Алексей МОЛЧАНОВСКИЙ и Юрий ШЕПТАЕВ

«У Театр» (Тайвань)
«У Театр» (Тайвань)

«У Театр» (Тайвань)
«У Театр» (Тайвань)
22/02/2019 - 16:49   Classic   Концерты
«Параллельные миры» - один из самых необычных проектов Юрия Башмета. На фоне картин одного исторического периода исполняются произведения этого периода и читаются стихи того же периода. На этот раз — послевоенного.

Проект сделан совместно с Русским музеем в Санкт-Петербурге (отсюда видео-мэппинг с картинами в высочайшем разрешении). На сцене - оркестр «Новая Россия» и приглашенные солисты, а также чтец. В 2013 году здесь же, на Зимнем фестивале Башмета в Сочи, была показана первая часть. Начало века, русский авангард, Малевич и Шагал, Мосолов и Рахманинов, Маяковский и Заболоцкий. Читал тогда Константин Хабенский.

«Параллельные миры»
«Параллельные миры»

Теперь — вторая часть проекта, время послевоенное. Стихи Твардовского, Пастернака, Симонова и других читает Анна Ковальчук (читает странно, как на детском утреннике). Картины Петрова-Водкина, Юона, Пластова, Дейнеки, Пименова, Самохвалова и других — на экране. Музыкальная программа поистине гурманская: симфония №8 Шостаковича, симфония №2 «Родина» Попова (того самого, кто написал музыку к «Чапаеву»), концерт для арфы Глиэра, концерт №1 для скрипки с оркестром Кабалевского (когда вы его вообще слышали живьем в последний раз?), неожиданный Первый концерт Гасанова и обязательные 7-я Прокофьева, «Спартак» Хачатуряна и «Время, вперед!» Свиридова.

«Параллельные миры»
«Параллельные миры»

Но ведь дело не в сет-листе, а в трактовках. Проще всего было бы уйти в ретро-созерцательность. Но когда у тебя за спиной — писанные профили суровых послевоенных и очень немногочисленных мужчин, и румяные лица доярок, - нужна концепция. Оттепель ведь была, и не заметить этого невозможно. Башмет не стал прятаться за элегичную неспешность среднесоветского периода. Он стал играть сегодняшними темпами. С Шостаковичем откровенно не получилось, оркестр и особенно его духовая секция были очевидно не готовы. Но все преобразилось уже на Попове — и тут не обойтись без экскурса в историю. Это именно про Гавриила Попова была знаменитая статья «С чужого голоса», и его обвиняли в «формализме», после чего перестали исполнять в СССР вообще. «Родина» (1943) получила Сталинскую премию (что одобрил Шостакович), а затем попала в опалу. Сейчас Попов звучит редко. Башмет возвращает его в оборот, и это правильно. Оркестр сумел тонко нюансировать условно-«народный» распев, и расставить акценты по форме.

Татьяна Самуил
Татьяна Самуил

Первый скрипичный концерт Кабалевского (с солирующей Татьяной Самуил) — по нему просто соскучились. Он по-хорошему детский, открытый, жизнерадостный, - как можно его не играть? Гасанов — первый профессиональный композитор Дагестана, и при этом на редкость точно передает «пролетарскую» эстетику с элегантным восточным антуражем. Непростая задача для пианистки Ксении Башмет, с которой она достойно справилась. И снова светлая музыка — Седьмая симфония Прокофьева, тоже детский, сознательно упрощенный язык, и необычайная духоподъемность. Это 1952 год, преддвестие оттепели. Такой страна тоже бывала, и гений Прокофьева живописал ее лучше любой кинохроники.

Валентина Борисова
Валентина Борисова

Концерт для арфы Глиэра — из того же оптимистичного склада мировоззрения, свойственного тем годам. Валентина Борисова сыграла аффектированно и светло. Обожаемый слушателями Хачатурян прозвучал энергично, мощно и чуть иронично. А финальное «Время, вперед!» ушло в такой темпоритм, что барабанные дроби звучали чуть ли не в околокомпьютерном духе.

Ксения Башмет
Ксения Башмет

Все хорошо, и все-таки вроде бы чего-то не хватает. И я знаю, чего. Кино. Так уж получилось, что кино уже в 60-е годы было главным из искусств. Оттепель для большинства советских людей ощущалась прежде всего в кинозалах. Калатозов или условный Ромм/Хуциев значили больше, чем стихи в Политехническом. И тем более, чем живопись. Влияние итальянского неореализма было тотальным. И даже если бы Анна Ковальчук умела читать стихи, как Гафт, - без кино картинка осталась бы неполной. Если речь именно о просветительских концертах — наверное, стоило бы привлечь и кино.

«Время, вперед!»
«Время, вперед!»

Но особенность именно этого цикла «Параллельные миры» — музыка вчистую обыгрывает всех. Оркестр Башмета гораздо интереснее репродукций и стихов. Хотя казалось бы. Визуалов всегда больше. Гений Кабалевского и Прокофьева переигрывает соцреализм художников, которым важнее было не попасть в лагеря коммунистов. Переигрывает тексты, которые могли стать росписью на расстрел в НКВД. Возможно, музыка не смогла бы переиграть кино. И именно поэтому его тут нет.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Алексей МОЛЧАНОВСКИЙ

Анна Ковальчук
Анна Ковальчук

Страницы