Айгуль Ахметшина

09/03/2022 - 04:29   Classic   Концерты
Новая постановка «Риголетто» Оливера Мирса, премьерой которой в сентябре открылся новый театральный сезон Королевской оперы, снова вернулась на сцену.

Мне не с чем сравнивать, я не попала на премьеру, но многие зрители и критики отметили, что вот теперь на сцене появился убедительный Риголетто.

Оливер Мирс - с 2017 года художественный директор Королевской оперы, создал спектакль на века: эта постановка красивая, продуманная, с великолепными костюмами. Ей веришь – с первой сцены до последней. Даже более – она потрясает своей достоверностью. В музыкальном же отношении она близка к совершенству.

Пока звучит трагическая мелодия проклятья, на сцене на фоне великолепного фасада дворца в выразительных позах, напоминающих картины великих мастеров, застыли главные герои этой истории. Но снимает маску герцог, беззаботная музыка бала открывает первый акт, - и на стене высвечивается огромная эротическая картина Венеры Урбинской Тициана.

Фото с премьеры (сентябрь прошлого года)
Фото с премьеры (сентябрь прошлого года)

Символизирующей на самом деле символ супружеской брачной жизни, этой Венере, чье обнаженное тело доминирует над всей сценой, предстоит взирать на разврат, царящий во дворце, где женщина – не более чем товар, в политической ли сделке или ради сексуального удовлетворения. С таким же эффектом появляется позднее тициановская картина «Похищение Европы». История гибели дочери несчастного горбуна, придворного клоуна разыгрывается на фоне возвышенной атмосферы (декорации Саймона Лимы Холдсворт, костюмы - от великолепия Медичи до роскоши Гуччи - Илоны Карас, свет Фабианы Пиччоли). Браво всем!

Во второй сцене первого акта вместо картины Венеры появится освещенное окно спальни Джильды – ярко освещенная, блистающая белизной, чистая комната, невинная как она сама. Это дом Риголетто и его дочери.

Риголетто - итальянский баритон Лука Сальси  и итальянское сопрано Роза Феола
Риголетто - итальянский баритон Лука Сальси и итальянское сопрано Роза Феола

Но позднее исчезнет часть роскошной стены, и мы увидим жилище убийцы Спарафучиле и через то же самое окно – теперь уже затемненную, в грязных разводах спальню Маддалены, разлекающейся на несвежих простынях со своим любовником, герцогом Мантуанским. Нельзя было придумать более просто простого, рационального и в тоже время чрезвычайно красивого решения для постановки этой оперы.

В музыкальном отношении этот вечер был торжеством гармонии, вкуса, профессионализма, актерских талантов и безукоризненного пения.

У итальянского баритона Лука Сальси настоящий громадный темный баритон и несколько старомодное исполнение. Впервые он дебютировал на Королевской опере в Травиате (Жорж Жермон), и я помню, насколько он проигрывал Дмитрию Хворостовскому в этой роли. Но здесь, в «Риголетто» он оказался абсолютно на месте: жаждущий мести, он буквально обрушивает свой гнев на подлых придворных герцога; в финальном акте, обнаружив свою умирающую дочь, он продемонстрировал самое настоящее отчаяние отца.

Риголетто – Лука Сальси  и итальянский тенор Франческо Демуро
Риголетто – Лука Сальси и итальянский тенор Франческо Демуро

Итальянец Франческо Демуро - звонкий легкий тенор, идеально подходящий для роли герцога Мантуанского, который не просто безответственен, но и откровенно противен с самого начала в концепции Мирса. Но - певец с такой изящностью превращают свою самую популярную арию в совершенство. Он - красавец, и очень хороший актер, смог идеально передать сущность своего героя. Его притворно-придворная игра с проституткой Маддаленой в третьем акте ослепительна и завершается лучшим вступительным соло великого квартета, которое я когда-либо слышала. Айгуль Ахметшина в роли Маддалены - великолепна, также как российский бас Евгений Ставинский в роли ее брата-убийцы Спарафучиле.

Итальянское сопрано Роза Феола в роли заблудшей, но смелой Джильды - самое разноплановое представление образа. Каждое ее движение, каждый жест - это порывистость юной девушки - из второго акта, решимость принести себя в жертву, которая поет свои предсмертные фразы идеальным звуком: вы верите всему этому.

Падшая Джильда (Роза Феола)
Падшая Джильда (Роза Феола)

Придворные во главе с приковывающим внимание Марулло (Доминик Седжвик) добросовестно выполняют свою работу; хочется отметить превосходную элегантную хореографию Анны Моррисси.

Итальянский дирижер Стефано Монтанари во многих отношениях является полной противоположностью Паппано, предпочитая экстремальные темпы. Но бит Монтанари высок и дружелюбен по отношению к певцам, и мастерски точен: когда его Риголетто появился слишком рано во втором акте, маэстро и его оркестр так тонко подстроились под певца, что практически никто ничего и не заметил.

Людмила ЯБЛОКОВА
Фото: Хелен МЮРРЕЙ

04/12/2018 - 05:40   Classic   Концерты
Постмодернистская постановка оперы Бизе «Кармен» австралийского режиссера Барри Коски (Barrie Kosky) вернулась на сцену Королевской оперы в своем первом возрождении после весьма непродолжительного перерыва: премьера состоялась в феврале этого года.

Всё в прошлом – вся эта завораживающая магия испанского танца, кастаньеты и цыганские костры. Режиссер нейтрализовал «Кармен», остались только костюм Матадора и женская массовка в черных испанских платьях. Но - есть бродвейская звезда Кармен, окруженная ослепительными танцорами с обнаженными торсами и удивительной необычной раскраской лиц, запоминающиеся картинки, хотя и лишенные смысла. Например, экстравагантный черный шлейф платья Кармен, в финале огромным веером раскинувшийся на огромнейшей лестнице, словно скопированной из знаменитого фильма Эйзенштейна.

Хор был вынужден то и дело взбираться по этой лестнице, крадучись
Хор был вынужден то и дело взбираться по этой лестнице, крадучись

Ох, уж эта «потемкинская» лестница! Широкая, высокая и черная, единственный обширно-массивный атрибут декораций дизайнера Катрин Ли Таг (Katrin Lea Tag) из Берлина.

Опера длится дольше, чем обычно, благодаря речитативу и диалогам, которые звучат как бы от лица самой Кармен. Но поскольку нет фонтана, нет фабрики, нет ничего из того, что должно было бы быть на сцене в виде декораций, то эти речитативы позволили зрителям, особенно тем, кто пришел на эту оперу впервые, хоть как-то следовать за сюжетом оперы, основанием для создания которой стала новелла Просперо Мериме. Однако в сравнении с февральской премьерой текст диалогов значительно сократили.

Гаэль Аркез (Gaëlle Arquez) в роли Кармен
Гаэль Аркез (Gaëlle Arquez) в роли Кармен

В постановке много удивительного. Сама Кармен, чей образ режиссер трансформирует в течение всего спектакля, одевая ее то в одежды матадора, то в маскарадный костюм гориллы, то в современную офисную одежду: черные брюки и белую блузку с галстуком, то в платье с воланами, и, наконец, эффектное бальное платье с огромнейшим шлейфом. Для чего это нужно постановщику – показать многоплановость ее характера?

Чрезвычайно шумные выходы массовки, грохочущие по этой лестнице, их чрезвычайно странная мимика, жесты; присутствие явной темы кабаре - шесть неутомимых танцоров практически в каждой сцене. Неординарная хореография принадлежит Отто Пихлеру (Otto Pichler).

Но в музыкальном отношении это был весьма приятный вечер, даже несмотря на то, что французское меццо-сопрано Гаэль Аркез (Gaëlle Arquez) была введена в роль за несколько часов до премьеры вместо Ксении Дудниковой, которая не смогла выступить из-за болезни. Но мало спеть эту Кармен, ее еще надо сыграть, и абсолютно очевидно, чтобы сделать это безукоризненно, на это требовались часы тщательных репетиций, поскольку возможность ошибки – исключена!

Американский тенор Брайан Джагде (Brian Jagde) в роли Дона Хозе
Американский тенор Брайан Джагде (Brian Jagde) в роли Дона Хозе

Американский тенор Брайан Джагде (Brian Jagde) как оскорбленный, скорее уязвимый Дон Хозе, поет с боевым ударом военного. Элеонора Бурато (Eleonora Buratto), дебютировавшая в Королевской опере, дала нам неприкрытую теплоту и открытость невинной Микаэлы, влюбленной в Хосе, ее насыщенное сопрано богато разными оттенками.

Элеонора Бурато (Eleonora Buratto) как Микаэла
Элеонора Бурато (Eleonora Buratto) как Микаэла

Также была хороша Мерседес Айгуль Ахметшиной, она знакома с этой оперой, год назад Айгуль исполнила роль Кармен в современной постановке «Трагедия Кармен» на музыку Мариуса Констант (Marius Constant по мотивам Бизе).

Мерседес Айгуль Ахметшиной (справа)
Мерседес Айгуль Ахметшиной (справа)

Айгуль Ахметшина и аргентинец Герман Е. Алкантара (German E. Alcántara) в роли контрабандиста Данкайро, они оба – участники молодежной программы Jetter Parker Young Artist. Русский бас Александр Виноградов дебютировал на сцене Королевской оперы, в роли Эскамильо, но уж больно незажигательный, невыразительный получился тореадор.

Коски предъявляет огромные требования к хору, и хор в его постановках – всегда на высоте, а в «Кармен» еще был вынужден то и дело взбираться по этой лестнице, ползать, крадучись… Канадский дирижер Кери-Линн Уилсон (Keri-Lynn Wilson), дебютировал так выразительно и с такой головокружительной скоростью, что скорее всего, очень скоро его пригласят в Ковент-Гарден снова.

Та «Кармен», в феврале, разочаровала и опустошила. Это возрождение порадовало пением, волнующим, трогательным. Но все-таки мое сердце отдано другой, традиционной, не облегченной, не бродвейской.

Людмила ЯБЛОКОВА
Фото: Bill Cooper

28/04/2018 - 04:29   Classic   Концерты
«Леди Макбет Мценского уезда» с потрясающим успехом идет на сцене Королевской оперы в Ковент-Гардене. Музыка Шостаковича - неудержная, стремительная, щедрая на нюансы и детали, забавная - она захватывает зрителя и держит в «музыкальном плену» весь долгий вечер.

Одна из величайших опер современности, в ярком, удачном возрождении постановки Ричарда Джонса (Richard Jones) от 2004 года (режиссер Элейн Кид (Elaine Kidd) - чертовски смешна, бесстрастна, часто – шокирует, реже - безвкусна, но все в этой постановке – на месте, все взаимодействует, все и всё работает слаженно и со стопроцентной отдачей.

События в опере Джонса переносятся из небольшого провинциального городка XIX века в середину XX-го, скорее всего в Ленинград, где нам представляется как бы коммунальное обшарпанное жилье, на обустройство которого купцы-скупцы Измайловы не желают тратить денег. Затем, с отъездом Зиновия и убийством его отца, легкими движениями рук рабочих сцены коммуналка расширяется, декорируется на наших глазах и превращаются в люкс апартаменты, в которых не стыдно было бы жить и творить самому Шостаковичу его нетленную «Леди Макбет Мценского уезда» (дизайн сцены Джона Макфарлейна (John Macfarlane)).

Такая же трансформация происходит и с образом главной героини: из забитой, томящейся от безделья женщины, лишенной из-за бесплодия мужа даже радости материнства, в синих чулках, с заплетенной косой и затравленным взглядом, она превращается вдруг в сексуально раскрепощенную (но не пошлую, не вульгарную) светскую львицу, и, как Катерина Кабанова, бросается, но не в омут, а в любовную интригу, расцветая и хорошея с каждой сценой, при этом каким-то чудом сохраняя свое понятие о нравственности и порочности, держа достаточно высоко моральную планку.

Сам композитор видел в Катерине «талантливую, умную и исключительную женщину, гибнущую в кошмарных условиях дореволюционной России». А потому он выстроил маршрут на ее собственную голгофу пестрой чередой сцен – гротескные, комические или жестокие, но в любом случае театрально драматические, они были изумительно исполнены великолепным кастом. И именно эту женщину мы увидели на сцене.

Убедительно смогла сыграть и спеть свою героиню голландское сопрано Ева-Мария Вэстбрук (Eva-Maria Westbroek). Она дебютировала в роли Катерины в Ковент-Гардене в 2006 году; ее сопрано теперь звучит еще более насыщенным, более вызывающим, резким, а ее толкование образа героини – углубилось. И, как и леди Макбет в пьесе Шекспира, Катерина является настоящей героиней драмы, ответственной за все зло, которое случается со всеми остальными.

В первую очередь благодаря этой певице мы восхищаемся тем, как в опере Шостаковича переданы человеческие страсти, преступление, оправданием которому не может стать даже любовь, но любовь помогает Катерине сохранить чистоту и свое понятие нравственности до последнего ее шага: в обрыв - вниз головой, таким образом смывая с себя кровь предыдущих преступлений, и в то же время, увлекая за собой новую пассию «Сереженьки», совершая еще одно тяжкое убийство. Ее первая и заключительные арии исполнены с такой щемящей русской тоской, что я усомнилась было, не заменили ли Еву-Марию в последнюю минуту на российскую певицу, а я пропустила этот момент. В то же время последняя ария – как призыв к свободе, как приветствие того, что последует за ее полетом в обрыв.

Опера эффектно описывает жуткие переживания Катерины и презренное поведение ее мучителей. И, хотя она в конечном счете убивает их, Шостакович и мы, зрители, все-таки – с весомой долей сочувствия и понимания - прощаем ее.

Высокий бас Джон Томлинсон (John Tomlinson) как Борис Тимофеевич Измайлов также возвращается к работе над этой постановкой, как свёкор Катерины, он рычит блестяще и играет великолепно, натурально, абсолютно вписываясь в образ. Его сын Зиновий в исполнении британского тенора Джона Даскакт (John Daszak) – бессловесный сын жесткого отца.

Американский тенор Брэндон Йованович (Brandon Jovanovich) дебютировал в Ковент-Гардене в образе презренного Сергея, однако соблазняющего Катерину с вызывающей осторожностью, готового к отказу, но таким сладким, убеждающим тоном, что было ясно: отказа не последует.

Эти трое главных героев заставляют все три часа неотрывно следить за происходящем на сцене, но надо сказать, что и весь, достаточно многочисленный состав оперы, работает отлично. Огромный бонус то, в главных ролях были задействованы сильные певцы, но уже знакомые с этой постановкой, «выстрадавшие» своих персонажей.

Сонечку спела русская меццо-сопрано Айгуль Ахметшина, участница молодежной программы при Королевской опере, Рози Олдридж (Rosie Aldridge) как Аксинья, английский тенор Питер Брондер (Peter Bronder) как Задрипанный мужичонка, польский басс Wojtek Gierlach представлен нам в образе священника, русский бас Михаил Светлов дебютировал в небольшой роли главы полиции. В прошлом сезоне он сыграл Дьякого в «Кате Кабановой» для Оперы Холланд Парк. Cтaрого каторжника исполнил грузинский бас Паата Бурчуладзе.

Партитура, мастерски проведенная музыкальным директором Королевской оперы Антонио Паппано звучит жгуче, надрывно, переплетая сатиру музыки; духовые оркестры на сцене; никогда не ослабевающие тромбоны - с их лунной красотой. Благодаря наличие труб, арф и перкуссии, которая находилась в боковых ложах, создавалось ощущение окружающего звука. Казалось, музыка лилась со всех сторон.

Славное пение, сенсационная музыка и отличная игра. Безупречная постановка! Рейтинг в английской прессе наивысший – пять звезд (потрясающее, но крайне редкое единство критиков). Исключительный - и такой русский - вечер!

Людмила ЯБЛОКОВА