Как это часто бывает у Юрия Абрамовича, спектакль был задуман не только как художественное событие, но и как образовательный проект для широкой аудитории.
Башмету показалось недостаточно просто исполнить оперу Чайковского, несмотря на её камерность. Он включил в спектакль цитаты из писем и дневников композитора, относящихся к позднему периоду его жизни, когда была написана «Иоланта». Таким образом, зрителям наглядно показали, что даже признанные гении часто испытывают сомнения в собственном творчестве — а у Чайковского таких переживаний было немало на протяжении всей карьеры.
Ранее постановку уже показали на фестивале Чайковского в Клину, на фестивале Башмета в Москве и в Сочи, а теперь она добралась и до Ярославля.
Основной проблемой спектакля продолжает оставаться работа режиссёра Павла Сафонова в качестве актера. Он не только поставил оперу, но и сам исполнил на сцене роль Чайковского, который зачитывает фрагменты из своих писем и как бы вступает в диалог с героями оперы. Такой приём с рассказчиком далеко не нов, и Сафонов использует его почти в каждом совместном проекте с Башметом. В истории кино и театра были блестящие примеры подобных ролей — Олег Янковский у Марка Захарова или Александр Трофимов у Михаила Швейцера. Однако образ Чайковского у Сафонова получился плоским, пафосным и невыразительным.
Выручает спектакль невероятной красоты музыка Чайковского и сильные голоса исполнителей. Режиссёрская работа Сафонова не добавила вокалистам выразительных средств: из всех находок — разве что винная бутылка в руках у Роберта (баритон Аркадий Чайкин) во время знаменитой арии «Кто может сравниться с Матильдой моей?», но этот приём давно стал штампом. У других солистов не было даже минимального реквизита или интересных мизансцен, кроме обязательных бокалов с вином и белых цветов в сцене Иоланты (сопрано Валерия Терейковская). В результате артисты были предоставлены сами себе и просто пели, опираясь на свой опыт исполнения «Иоланты». Благо, у Анны Юркус (Лаура) или Данила Князева (Рене) его предостаточно, как и у других артистов.
Самым заметным элементом оформления стали искусственные красные розы, которыми была усыпана вся сцена. Их видят зрители, но герои оперы почти никак не реагируют на них! А когда берут их все-таки в руки и бросают потом на пол, - пластик валится с очень неприятным пластиковым звуком. Ну почему не использовать хотя бы несколько живых цветочков для этой цели?
Музыкальное сопровождение обеспечили оркестр «Новая Россия» под управлением Юрия Башмета и прекрасная хоровая капелла «Ярославия» под управлением Владимира Контарева: оркестр чутко следовал за вокалистами, поддерживая их динамику. Возможно, порой не хватало выразительности, но посылы Чайковского донесены точно. Хор в финале был вообще безупречен.
Однако с дикцией у главных героев возникли проблемы — согласные звуки практически отсутствовали, и разобрать текст на русском языке было сложно. Исключение составил только Аркадий Чайкин. Электронных титров с текстами арий не было.
Зрители встретили спектакль овацией, но очевидно, что постановка требует по-хорошему серьёзной доработки.
Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Михаил БРАЦИЛО

















