«Планета «Чайковский» от «Геликона»: история России от смерти до царя

Специально и эксклюзивно для фестиваля Чайковского «Геликон-опера» подготовила необычную концертную программу «Планета «Чайковский»: хлеб, любовь и смерть».

«Эта концертная программа сделана специально для фестиваля Чайковского в Клину. Контекст нам дают все события, что происходят сейчас в стране и в мире. Поэтому мы назвали программу «Планета «Чайковский»: хлеб, любовь и смерть». Это программа от «Геликон-оперы», в которой режиссура, сцендвижение и вокал не уступает музыке, при всем уважении к коллегам. Это характерная черта «Геликон-оперы». Мы хотим сказать, что Петра Ильича отменить невозможно, как бы того кому не хотелось. Он уже стал событием всемирного масштаба, так что сиюминутные политические желания абсолютно не властны над любовью миллиардов людей», - говорит режиссер программы Сергей Новиков.

Необычность в том, что первое отделение состоит из фактически политических высказываний Чайковского об истории и особенности России, собранное из опер «Мазепа» и «Опричник», умело переплетенных. На видеоэкранах мелькают годы и главные события в те годы, причем в обратном порядке, от нашего времени и вплоть до XVIII века, удивительно по атмосфере совпадающие с хоровыми и оркестровыми пассажами из относительно малоизвестной оперы Чайковского «Черевички». А второе — мост в Европу, другая ипостась Чайковского, много жившего в Италии и других европейских странах.

Программа — по сути яркое высказывание про особый путь России и неизбежность краха «культуры отмены» в отношении Чайковского и российской музыки в целом.

«Про отмены. Недавно я был в Швейцарии, пел оперу «Мазепа». Ее отменили. Так и я попал под отмены. Было очень обидно, потому что мы долгое время репетировали, целых четыре недели ежедневные репетиции. И обидно, поскольку это относится к твоей стране. Я патриот, я люблю свою Родину, и Чайковский для меня — это что-то особенное. Это душа нашей музыки. Это целая планета, что нашло отражение в названии этой программы. Мы все равно победим, и Чайковский будет везде. Гениальную музыку нельзя отменить, миссия невыполнима. Сейчас у многих русских артистов отменились контракты, потому что театры требуют публично высказать позицию. Знаю, что большинство наших артистов — молодцы, они патриоты, и они держат позицию за Россию. Это здорово», - говорит баритон Алексей Исаев.

Сцена клятвы из оперы «Опричник». Иван Гынгазов (Андрей Морозов), Алексей Тихомиров (князь Жемчужный) и Виктория Войтенкова (Михайловский театр)
Сцена клятвы из оперы «Опричник». Иван Гынгазов (Андрей Морозов), Алексей Тихомиров (князь Жемчужный) и Виктория Войтенкова (Михайловский театр)

Дорожка у России извилистая, если судить по программе. Темные годы сменяются надеждами на рассвет, поселянки бегают со счастливыми улыбками по травке, тут же льется кровь под пытками опричников, от сына убитого требуют отречься от собственной матери, а философские вопросы измены и предательства под темным украинским небом близ Диканьки обретают вполне себе житейское воплощение.

Дирижер Филипп Селиванов
Дирижер Филипп Селиванов

Свежеиспеченный победитель конкурса Рахманинова 2022 года Филипп Селиванов уверенно дирижирует пластичным по звуку оркестром «Геликон-оперы». Никаких провисов по динамике или звучании отдельных оркестровых групп нет в помине. Хор тоже хорош, придраться можно разве что к дикции, но на этот случай на экран весьма уместно выводится текст, который поется в данную минуту.

Сцена пытки Кочубея
Сцена пытки Кочубея

В «темном» первом отделении приковывает внимание сцена пытки Кочубея (Михаил Гужев) из «Мазепы», где Орлик в убедительном исполнении Алексея Тихомирова исполосовывает грудь Кочубея саблей в рисунке логотипа запрещенного в РФ национального батальона «Азов». Напомним, что с точки зрения Пушкина Мазепа был предателем, который пытался через шведов отколоть Малороссию от России, но Петр I не поверил Кочубею и отдал его на пытки Мазепы и Орлика, а затем и казнь. То есть украинский националист Орлик чертит лого «Азова» на теле патриота России Кочубея в качестве пытки.



Иван Гынгазов (Искра) и Михаил Гужев (Кочубей)
Иван Гынгазов (Искра) и Михаил Гужев (Кочубей)

Второе «европейское» отделение после очевидного «Итальянского каприччио» (эффектно сыгранного) продолжается неочевидным… «Лакме» Делиба. Да, Чайковский весьма ценил балетную и оперную музыку Лео Делиба: ««...после Бизе считаю его самым талантливым...». Но контекст носит и политический характер: «Лакме» Делиба почти не исполняется в англосаксонском мире, поскольку повествует о зверствах англичан в Индии. Браминов привязывали к пушкам, и стреляли, чтобы смешать останки с трупами низших сословий, и максимально унизить индусов. В Евросоюзе постарались быстренько забыть эту «случайную» историю, а вот во Франции эту историю (и Делиба с «Лакме») очень даже помнят. Говорят, Чайковский тоже недолюбливал англосаксов. Так вот, невиданное дело, но «Геликон-опера» устами ведущих концерта даже прорекламировал (!) грядущие показы «Лакме» Красноярской оперы на сцене Большого театра 31 июля и 1 августа.

Голоса Ивана Гынгазова (Джеральд) и Анны Гречишкиной (Лакме), к слову, прекрасно сливались. Означает ли это, что «Лакме» вскоре появится в репертуаре «Геликона» - вопрос открытый.

Ольга Толкмит (Иоланта)
Ольга Толкмит (Иоланта)

А после привычного дуэта из «Иоланты» в роскошном исполнении Ольги Толкмит и Петра Морозова — еще один сюрприз. Концерт завершился… кантатой «Москва» в оригинале, той самой для коронации императора Александра III. После перечислений основания Москвы, татарского ига, собирания земель русских воспевается скромность царя «Ибо дорог мне не земной почет, а Христов венец». Более имперской музыки поди поищи. На фразе всей хоровой мощи «Пали два Рима, третий стоит, а четвертому не быть!» над сценой вспыхнул фейерверк, намекая на то, что точно четвертому не бывать. И точка.

«Пали два Рима, третий стоит, а четвертому не быть!»
«Пали два Рима, третий стоит, а четвертому не быть!»

После чего повторения майковских фраз:

Слава Богу на небе, слава!
Государю нашему на земле, слава!
Государыне супруге Его, слава!
Государю Наследнику, слава!
Всему царскому дому Его, слава!
И всему Его народу, слава!
Его верным слугам, слава!
И гостям именитым, слава!

… прозвучали весьма верноподданнически и даже ура-патриотично. И для государя, и для государыни, и для наследника, и для всего царского дома и верных слуг его. Кто бы они ни были.

Вадим ПОНОМАРЕВ
Фото: Михаил БРАЦИЛО

Быстрый поиск: