Владимир Ойвин

09/09/2014 - 01:39   Classic   Новости
Посвящение в студенты первокурсников Академического музыкального колледжа при Московской консерватории им. П. И. Чайковского (до сих пор в обиходе именуемого Мерзляковкой по названию переулка, в котором оно расположено) состоялось 2 сентября 2014 г. в Клину в Музее-заповеднике Чайковского.

Эту традицию возродил художественный руководитель Государственного академического симфонического оркестра России им. Е. Ф. Светланова, выпускник Мерзляковки дирижер Владимир Юровский. Вот уже третий раз после перерыва состоялся этот торжественный акт посвящения в студенты, который завершился концертом Госоркестра им. Светланова, исполнившим для них сочинения Чайковского: «Вариации на тему рококо» (солист – концертмейстер группы виолончелей оркестра Пауль Суссь) и Сюиту № 4 «Моцартиану». В этот раз за пультом стоял замечательный высокопрофессиональный музыкант Михаил Юровский – отец Владимира Юровского. Второй его сын – Дмитрий руководит оркестром «Русская филармония». Всего же эта династия насчитывает четыре поколения музыкантов, три из которых дирижёрские.

Дирижёр Михаил Юровский
Дирижёр Михаил Юровский

В музее состоялась пресс-конференция, в которой приняли участие Михаил Юровский, директор Госоркестра им. Светланова Григорий Левонтин, директор музея П. И. Чайковского Галина Белонович, директор Академического музыкального колледжа при Московской консерватории Владимир Демидов и его заместитель Надежда Солдатиковва.

Михаил Юровский рассказал, что он тоже выпускник Мерзляковского училища и вспоминал как он , когда только начинал заниматься дирижированием, неделю в музее изучал рукопись оперы Чайковского «Евгений Онегин». «Работая с такой рукописью, ты прикасаешься к вечности. Выступление здесь – для меня праздник» – сказал Михаил Юровский.

Владимир Демидов сказал, что все по прежнему называют Колледж Мерзляковкой, и велика вероятность возвращения в скором времени ему названия «училище», которому исполняется 125 лет. Независимо от названия «мы сохраняем нашу главную традицию – мы любим студентов». Он напомнил, что традиция посвящения в студенты насчитывает 33 года.

Галина Белонович рассказала о приближающимся в декабре 120-летии музея, который в конце прошлого года получил статус музея-заповедника, о чём музей хлопотал много лет. Теперь площадь, занимаемая им, выросла до 60 га и включила три усадьбы, в которых бывал Чайковский: Майданово, Фроловское и Демьяново. Акция посвящения в студенты открыла ряд юбилейных мероприятий. К этой акции приурочено открытие выставки «Композиторские музеи в культурном пространстве XIX-XXI веков», которая готовилась к одноименной научной конференции. Выставку открыли к приезду студентов для того, чтобы они смогли познакомиться с историей музея и наиболее интересными экспонатами его экспозиции.

Г. Белонович посетовала, что в 2011 году была нарушена замечательная традиция – в музей не приехали участники XIV конкурса им. П. И. Чайковского. Музей обратился с письмом в оргкомитет XV конкурса с просьбой возродить эту традицию. В нее входило выступление на рояле Чайковского какого-либо лауреата конкурса и посадка березки у памятника Чайковскому. Эта традиция возникла не с Первого конкурса, и по духовному завещанию Вэна Клайберна 4 июня прошлого года от его имени Ольга Ростропович посадила мемориальную березку.

Вручение первокурсникам студенческих билетов
Вручение первокурсникам студенческих билетов

После пресс-конференции директор колледжа Владимир Демидов вручил первокурсникам студенческие билеты. Для них же была организована экскурсия по дому-музею Чайковского.

Вечером оркестр дал концерт для местных жителей. К программе дневного концерта была добавлена симфония Гайдна № 38 («Эхо»), исполненная с хорошим вкусом и очень изящно. Эмоциональной и музыкальной вершиной программы стала «Моцартиана» – очень сложное для исполнения сочинение, с которым и оркестр, и дирижёр справились блестяще. На бис прозвучал Вальс из Серенады для струнного оркестра Чайковского.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»
Фото - Илья КОНОНОВ

Быстрый поиск:
08/08/2014 - 13:38   Classic   Концерты
Заключительный, шестой концерт цикла «Все романсы П. И. Чайковского. Эпилог», проводившийся силами Молодёжной оперной программы Большого театра России, состоялся в Бетховенском зале театра 22 июля 2014 года.

Построение VI концерта-эпилога отличалось от строго хронологического принципа построения пяти предыдущих программ. В программу концерта вошли три сольных романса разных лет, вокальные квартет и трио, шесть дуэтов. Откровенно говоря, эти ансамбли вряд ли можно отнести к вершинам творчества Петра Ильича, но из всего это складывается в общий не парадный, а живой портрет композитора, который может творить и не всегда только гениальную музыку.

Неплохой зачин дал концерту своим красивым басом Даниил Чесноков, исполнивший первый сохранившийся романс 18-летнего Чайковского (стихи Афанасия Фета) «Мой гений, мой ангел, мой друг». Последовавший за ним квартет «Ночь» на стихи самого Чайковского, исполненный Ольгой Кульчинской (сопрано), Александрой Чухиной (меццо-сопрано), Богданом Волковым (тенор) и Д. Чесноковым, прозвучал весьма хорошо. Голоса певцов хорошо сочетались, хотя идеального ансамбля они ещё не достигли. Но даже с учётом этого замечания, квартет был один из интереснейших номеров программы.

Трио «Природа и любовь», написанное на стихи автора музыки прозвучало у Кристины Мхитарян, Ангелины Никитченко (обе сопрано) и Юлии Мазуровой (меццо-сопрано) менее убедительно из-за не сложившегося ансамбля со стороны Никитченко. Хотя её большой оперный голос звучал в этот раз более компактно, чем в предыдущих концертах цикла, но до нужных камерных кондиций она в этом ансамбле еще не доросла. А вот у Мхитарян и Мазуровой ансамбль сложился здесь гораздо лучше.

Андрей Жилиховский, Кристина Мхитарян
Андрей Жилиховский, Кристина Мхитарян

Хорошо прозвучал у Ю. Мазуровой романс Антона Аренского на стихи П. Чайковского. Её голос в последнее время приобретает всё больше красок в нижнем регистре, что очень удачно оттенял аккомпанемент виолончели в исполнении Михаила Шумского. Вообще, тембр виолончели наиболее близок человеческому голосу и очень украшает исполнение.

Затем были исполнены три номера из двенадцати «Персидских песен» Антона Рубинштейна на стихи Мирзы-Шафи в переводах с немецкого П. Чайковского. Для концерта были выбраны номера разного характера. Великолепное владение красивым пиано и тонкой филировкой звука в лиричном романсе «Не будь сурова» показал Богдан Волков. Романс «Нас по одной дороге», более чем наполовину состоящий из вокализов, очень красиво прозвучал у Ольги Кульчинской. В романсе «Клубится волною кипучею Кур» перед Даниилом Чесноковым стояла непростая задача – уйти от привычной шаляпинской его трактовки. И он с ней справился. Если у Шаляпина романс пронизан драматизмом воспоминаний, то у Чеснокова он звучит куда как оптимистичнее. У него это гимн-воспоминание яркой любви. Такая интерпретация Чеснокова оказалась убедительной.

Как всегда интересен был и вокально, и сценически выпускник Молодёжной программы Григорий Шкарупа в жанровой миниатюре на стихи Льва Мея «Как наладили: Дурак», написанной Чайковским, вероятно, не без влияния Мусоргского.

Завершение первого отделения стало, по моему мнению, и вокальным, и эмоциональным центром концерта. Андрей Жилиховский исполнил последний романс Чайковского «Снова, как прежде, один…» (стихи Д. Ратгауза) безупречно, с прекрасным вкусом. Поражает стремительная эволюция певца. Жилиховский пришел в Молодёжную программу провинциалом с красивым голосом, но, как говорится, «без царя в голове» – похоже, что его заботил только вокал и мало интересовал смыл текста. Но уже в конце первого года занятий в Программе ситуация изменилась кардинально. Самое главное, что его вокал стал очевидно осмысленным. Жилиховского стало интересно не только слышать, но и слушать. Заметно улучшилась дикция. Появился вкус, стали уходить провинциальные манеры, стало строже поведение на сцене. И всё это на фоне растущего, всё более умелого и красивого вокала. В течение второго года Жилиховский продолжал так же заметно эволюционировать в правильном направлении, и в заключительном концерте сезона перед слушателями предстал молодой мастер. И это не только моя оценка. В этот день Андрей Жилиховский, вместе с Ольгой Кульчинской и Юлией Мазуровой, приказом генерального директора Большого Владимира Урина были зачислены в труппу. Об этом по окончании концерта объявил художественный руководитель Молодёжной оперной программы Большого театра Дмитрий Вдовин.

Программа второго отделения состояла из Шести дуэтов ор. 46 перед которыми К. Мхитарян вместе с Павлом Валужиным (тенор) очень искренне исполнили дуэт Ромео и Джульетты на стихи А. Соколовского (из Шекспира). У них получился не просто концертный номер, но небольшая сцена прощания любимых с элементами актерской игры. В ней инициатива была, безусловно, в руках Мхитарян, но вокально и тенор Валужина был хорош.

Маквала Касрашвили
Маквала Касрашвили

Исполнения Шести дуэтов ждали с особым интересом, потому что в первом и последнем дуэтах была заявлена живая легенда Большого театра Маквала Касрашвили. Недавно она великолепно пела в концерте в честь юбилея Ирины Богачевой и участие в двух дуэтах с Юлией Мазуровой: «Вечер» и «Рассвет» на стихи И. Сурикова подтвердило, что в камерном репертуаре Касрашвили сохраняет прекрасную форму. Её мастерство, вкус и филигранная отделка деталей восхищает. Сам процесс работы над этими дуэтами стал щедрым подарком молодой певице, получившей неожиданный мастер-класс.

Исполнение «Шотландской баллады» на стихи А. Толстого Марией Лобановой и Андреем Морозовым трудно назвать успехом. Лобановой никак не удаётся свой большой оперный голос заключить в рамки камерного пения. Голос её все время форсирован. Более того, Лобанова вынуждает форсировать голос и своего партнера.

В дуэтах лучше зазвучала А. Никитченко. В «Слезах» на стихи Ф. Тютчева ей удалось составить ансамбль с ярким вокалом Александры Чухиной. Еще органичнее получился у Никитченко ансамбль с мощным тенором Арсения Яковлева в дуэте «Минула страсть» на стихи А. Толстого.

Замечательный ансамбль сложился у О. Кульчинской и А. Чухиной. Они зажигательно исполнили «В огороде, возле броду…» на стихи И. Сурикова (из Шевченко) и тонко, со вкусом на бис спели «Вечер», в котором не уступили Касрашвили и Мазуровой.

Партии фортепиано исполнили профессор Семен Скингин, Елизавета Дмитриева и Валерия Прокофьева. В этом концерте аккомпанемент был предельно тактичен, но особо хочу отметить вкус, тонкость и обилие фортепианных красок у Е. Дмитриевой.

В целом концерт-эпилог цикла впечатлил своим высоким вокальным качеством и ровностью состава участников, в чем основная заслуга Дмитрия Вдовина.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»

23/06/2014 - 08:38   Classic   Концерты
Третий и последний день Второго цикла просветительских концертов «Владимир Юровский дирижирует и рассказывает» под общим названием «Истории с оркестром. Похитители огня» 10 июня, как и два предыдущих, прошёл в Концертном зале им. П. И. Чайковского.

Можно согласиться с самооценкой Владимира Юровского, что программа последнего дня цикла заметно более академична, нежели первых двух. Первой в этот вечер прозвучала симфоническая поэма Ференца Листа «Прометей». Её музыка не произвела на меня сильного впечатления. Она весьма характерна для творчества Листа этого периода среднего возраста, когда он, в силу своего служебного положения при веймарском герцогском дворе пишет много заказной музыки. Она мастеровито сделана, помпезна, но не очень глубока. Она скорее изобразительная, чем философская, в отличие от более поздней, к примеру, «Фауст-симфонии». Это был тот случай, когда вступительное слово Юровского было интереснее, чем предваряемая им музыка.

Владимир Юровский
Владимир Юровский

Прозвучавшая следом за помпезной поэмой кантата молодого Камиля Сен-Санса «Свадьба Прометея» внесла в серьезную, а порой трагическую атмосферу мифа, долю хорошего юмора. Кантата написана для анонимного конкурса к Парижской технической выставке 1867 года в ознаменование 15-летия правления Наполеона III. Никому не известный Сен-Санс этот конкурс выиграл, но кантата так и не была исполнена, как ему сказали, в виду большой сложности партитуры. Более того, автору наполовину урезали премию.

Но интереснее оказались не эти исторические детали, а как показывает вся история человечества, содержание самой кантаты, в которой Прометей якобы сочетается «мистическим браком» с женским существом, воплощающим собой «человечество». После чего они дуэтом восхваляют технический прогресс, Вторую империю и правление Наполеона III, благодаря которому все это и происходит. Не нужно обладать сверхглубокой памятью, чтобы узнать здесь похожие интонации сталинских лет. Примеров можно привести множество. Приведу пару наиболее известных опусов, которые принадлежат перу выдающихся композиторов: «Здравица» Сергея Прокофьева и «Песнь о лесах» Дмитрия Шостаковича. Еще недавно эти аллюзии у большинства недалеких наших соотечественников могли вызывать только снисходительную улыбку, но сегодня, когда кощунственная идея переименования Волгограда нашла поддержку у президента России, уже не до смеха. В эту картину вписывается и стихотворение Гомиашвили, прочитанное Филиппенко как яркий образец суперхолуйства, до которого можно докатиться в верноподданническом раже.

Музыкально все это было весьма забавным и даже интересным, тем более в этой кантате превосходно солировали Эллисон Бэлл и Борис Пинхасович. А вот тенор Евгений Либерман выглядел на их фоне весьма невзрачно. И опять прекрасно прозвучал Камерный хор Московской консерватории.

Следующим номером были две песни, написанные Францем Шубертом и Гуго Вольфом на одно и то же раннее стихотворение Иоганна Вольфганга фон Гёте. Причем оно было прочитано Филиппенко дважды: перед Шубертом и перед Вольфом. Эти две песни написаны с 70-летним перерывом и естественно звучат очень по-разному – более гармонично у Шуберта, и драматически напряженно у Вольфа. В их исполнении проявилось понимание различной музыкальной природы этих авторов, которое очень точно показал, несмотря на свою молодость, Борис Пинхасович, ставший одним из главных для широкой публики открытий этих концертов. Это показали бурные аплодисменты и выкрики «браво» после исполнения песни Вольфа.

Замечательным получился и финал цикла, который как бы замкнул музыкальную арку фестиваля, переброшенную от бетховенского балета «Творения Прометея» к блистательно исполненной его Третьей «Героической» симфонии, которую Юровский замечательно слепил по форме. Уже не в первый раз исполнение Владимиром Юровским бетховенских симфоний становится событием, выходящим за рамки обычного понятия успеха. После его интерпретации начинаешь слышать эти симфонии по-иному. Свойством, объединяющим эти трактовки, с моей точки зрения, является их графичность, открывающая какие-то новые грани в хорошо известной музыке. Так было после исполнения В. Юровским Девятой симфонии Бетховена, так получилось и сейчас. Он снял с «Героической» привычный налет акцентированной ходульной пафосности и показал в ней лирико-драматические человеческие грани. В посвящении симфонии «великому человеку» акцент переместился с «великого» на «человека».

Ярчайшее впечатление от исполнения «Эроики» полностью перевесило все структурные просчеты, которые, по моему мнению, имели место в составлении программы цикла, и оставило ощущение грандиозности события, свидетелями которого нам посчастливилось быть.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»
Фото - Сергей БИРЮКОВ

Про первый день | про второй день

21/06/2014 - 16:19   Classic   Концерты
Второй просветительский концерт цикла «Истории с оркестром. Похитители огня», состоявшийся 9 июня, был посвящен Прометею только наполовину.

Другая половина посвящалась его окружению: Пандоре и Океанидам, или вообще имела весьма косвенное отношение к общему сюжету цикла 2014 года.

Значительную часть времени концерта заняла декламация. Чулпан Хаматова и Александр Филиппенко читали фрагменты из Гесиода и почему-то из поэтической драмы «Прометей» Вячеслава Иванова, кроме названия мало что имеющей общего с либретто оперы Габриэля Форе, которое раскритиковал Юровский. Чтецкая часть программы второго дня вызвала у меня много нареканий. Мне кажется неудачным подбор артистов. Уж очень их манеры не корреспондировали друг с другом. Нарочито высокопарная, с придыханиями, манера Чулпан Хаматовой, более соответствовала древнегреческим текстам, пусть и в переводе на русский язык, чем приземленная манера Александра Филиппенко, вдобавок иногда пересыпавшего текст своими ерническими репликами в стиле не то Зощенко, не то одесского Привоза, уж никоим образом не вписывающимися в общую эстетику темы цикла. И вообще, литературной части цикла не хватало руки опытного режиссёра.

Александр Филиппенко, Чулман Хаматова и ГАСО п/у Владимира Юровского
Александр Филиппенко, Чулман Хаматова и ГАСО п/у Владимира Юровского

Опять, как и первый концерт цикла, качество исполнения музыки было намного выше исполнения его литературной части.

Есть претензия и к построению музыкальной части. Мне непонятно, зачем разнесли по разным отделениям две части оперы Форе, что явно сказалось на цельности их восприятия. Вступление к III действию и хор Океанид, несмотря на великолепное исполнение коллективом «Мастера хорового пения», прошли как-то смазанно.

Я не понял внутреннего обоснования причины включения в программу концерта «Лулу-сюиты» Альбана Берга, кроме опять же чисто формального названия литературного источника оперы Берга «Ларец Пандоры». С точки зрения музыки и ее исполнения это была прекрасная и очень интересная часть вечера. Великолепен был и Владимир Юровский, и оркестр. Блистательно исполнила сольную партию британское сопрано Эллисон Белл. (Она же прекрасно солировала в «Кортеже Пандоры» Форе.) Этот номер в таком исполнении мог бы стать центром любой, самой изысканной концертной программы, но здесь он потерялся в нагромождении несметного для одного концерта числа интереснейших номеров. Мне кажется, что отсутствие «Лулу-сюиты», даже так великолепно исполненной, в программе концерта не сказалось бы отрицательно на всей концепции цикла. Более того, сняла бы часть перегрузки с её программы.

Лично для меня этот цикл В. Юровского связан с несколькими приятными музыкальными открытиями. В программе первого дня это уже упоминавшиеся в рецензии на первый концерт три акта из оперы Карла Орфа «Прометей». Во втором концерте таким открытием стала необыкновенной красоты симфоническая поэма Яна Сибелиуса «Океаниды» («Духи волн»). Совершенно неожиданно романтичный Сибелиус продемонстрировал виртуозное владение импрессионистичной манерой оркестрового письма, успешно избежав соблазна влияния «Моря» Дебюсси.

В концерте прекрасно выступили с сольным, если можно так сказать про хор, номером «Мастера хорового пения» (художественный руководитель и главный дирижёр – Лев Конторович, который и дирижировал ими в концерте). Они a capella безупречно исполнили хор Сергея Танеева «Прометей» из цикла «Двенадцать хоров на стихи Якова Полонского», раскрыв для слушателей всю красоту этого, к сожалению, редко звучащего сочинения. Одного такого выступления достаточно, чтобы понять, насколько оправдано название этого коллектива – Академический Большой хор «Мастера хорового пения». Это действительно мастерство высочайшего класса. Смею утверждать, что на сегодня этот хор – лучший по дикции из всех больших, да и камерных хоров Москвы. Надо отдать справедливость слушателям, которые, несмотря на уже изрядную усталость, наградили «Мастеров хорового пения» громкой и продолжительной овацией, даже вызвавшей весьма лестную реплику Юровского в адрес хора.

«Истории с оркестром. Похитители огня»
«Истории с оркестром. Похитители огня»

Ярчайшим в прямом и переносном смысле явлением стало исполнение последнего номера программы второго дня цикла. Это было знаковое для Александра Скрябина сочинение «Прометей: Поэма огня» для оркестра, фортепиано, хора, органа и световой клавиатуры. Это единственное сочинение Скрябина, в котором он пытался реализовать идею о соответствии высоты звука и цвета.

Исполнению скрябинского «Прометея» предшествовали и слово Юровского, и театр одного актера, разыгравшего в двух лицах диалог ученика (Скрябина) и учителя (Танеева), записанного Леонидом Сабанеевым. Вот здесь Филиппенко был хорош!

Исполнители самой «Поэмы огня» на этот раз решили попытаться воплотить небесспорную идею Скрябина максимальными современными техническими возможностями. На сегодняшний день это мог бы быть компьютер, формально переводящий ноты в соответствующие ей цвета по заложенной программе. Но как сказал Юровский, они решили идти полностью за Скрябиным и оставили исполнителя партии света с клавиатурой синтезатора, которая в соответствии с партитурой включает клавишей те или иные прожекторы.

Музыкально поэма Скрябина была исполнена превосходно. Безупречны были оркестр и хор, замечательно исполнил фортепианную партию Алексей Володин. В это время сцену, погруженную во тьму, освещали вспышки прожекторов разных цветов. Другие в более медленном темпе освещали глубину зала. Не могу сказать, чтобы эта игра цветов что-то добавила к моему эмоциональному восприятию музыки, но я ожидал какого-то сюрприза в финале, и даже предполагал какого. Именно такой сюрприз и произошел, но его эффект превзошел все мыслимые ожидания. С последним аккордом зал был залит ослепительным ярчайшим белым светом всех доступных прожекторов, что вызвало просто рёв зала, в едином порыве вскочившего со своих мест и разразившегося громовыми аплодисментами.

Слушатели, а можно сказать и зрители, досидевшие до конца этого более чем трёхчасового действа, были вознаграждены за свое долготерпение ярчайшим эмоциональным взрывом в финале.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»
Фото - Сергей БИРЮКОВ

Про первый день читайте здесь | про третий день читайте здесь.

21/06/2014 - 01:40   Classic   Концерты
Второй раз в Москве Государственный академический симфонический оркестр России имени Е.Ф. Светланова провел в Концертном зале им. Чайковского трехдневный цикл просветительских концертов «Владимир Юровский дирижирует и рассказывает» под общим названием «Истории с оркестром. Похитители огня».

Первый цикл в июне 2013 года, который сам В. Юровский назвал «Опыт музыкальной археологии», потому как в нем звучали редко или практически неисполняемые сочинений, прошел с огромным успехом. Нынешний цикл посвящен мифу о Прометее.

Как известно из древнегреческих мифов, этот титан подарил человечеству огонь, за что по приказу Зевса был прикован Гефестом к скале на Кавказе и несколько тысяч лет орёл ежедневно прилетал и клевал его печень, которая за сутки заживала, пока Геракл не убил орла и не освободил Прометея.

Первый концерт цикла состоялся 8 июня. Его программа включала единственный балет Людвига ван Бетховена «Творения Прометея» и три акта из оперы Карла Орфа «Прометей» для солистов, хора и оркестра по трагедии Эсхила «Прометей прикованный» (1963–1966).

Как это уже стал привычным, Владимир Юровский выступил с весьма объемным, но небезынтересным вступительным словом, в котором сказал, что миф о Прометее - один из самых распространенных и всеобъемлющих. Персонажи разных мифов о Прометее являются архетипом нашего сознания, включающим все аспекты человеческой жизни. Если бы собрать все мифы вместе, то хватило бы занять все московские театры и концертные площадки на две недели, не повторяясь. При этом Юровский сделал довольно-таки распространенную оговорку, назвав Франкенштейном кровожадного анонимного андроида, тогда как это имя его создателя. Я не сомневаюсь, что это только оговорка.

В. Юровский отметил, что «этический размах самого мифа предполагает этический размах исполняемых произведений» и попросил слушателей запастись «длинным, марафонским дыханием». В трех концертах цикла включена «добрая дюжина жанров»: симфоническая музыка, своего рода инструментальный концерт, песни и романсы, хоровая музыка a capella, опера, балет, оратория, драматический и кукольный театры, художественное слово, греческая трагедия и финал.

Мне импонирует манера, с которой Владимир Юровский в своих вступительных словах общается с залом. Он их не читает как лектор, по бумажке, не поучает аудиторию с менторским видом, а находится с ней в интерактивном общении. Он приглашает слушателей к сотворчеству, исподволь внушая, что слушание музыки не развлечение, а труд и не всегда легкий. Иногда, правда, информация кажется несколько избыточной, что приводит к рассеиванию внимания. Может быть, иногда стоит пожертвовать некоторыми не самыми важными деталями и побочными линиями, за счет сохранения внимания аудитории.

ALT
«Истории с оркестром. Похитители огня»

Впечатления от бетховенского «Творения Прометея» двойственные. Музыкально все получилось великолепно и у оркестра, и у дирижера. Оркестр звучал ярко и очень сбалансировано, ровно. А вот то, что названо балетом (хореография Марины Тенорио, она же исполнительница роли Женщины – одной из двух главных «героев» балета) мне не понравилось. Да и балетом это можно назвать с большой натяжкой – это, скорее, пантомима. Я не случайно слово герои поставил в кавычки. Это не герои, а антигерои, вызывающе даже не жалость, а отвращение своей ненужностью и никчемностью. На протяжении почти всего нахождения на сцене они копошатся в глине, из которой они якобы созданы Прометеем. И этим существам он дарит божественный огонь, низведя его с Олимпа! В такой интерпретации это, по меньшей мере, безответственный поступок, если не сказать больше. И тогда справедливы вопросы, которые можно вместе с поэтом, задать Прометею:

Чиста, как пламена заката,
Господня страсть.
Как ты посмел, огнем зачатый,
Огонь украсть?!

Горит во тьме, как глаз бессонный,
О жизни весть.
Как ты посмел, Огнем рожденный,
Огонь низвесть?!

В земные поместить затворы,
С небес на дно?
Как Он тоскует по простору,
Где все – Одно!
Зинаида Миркина. Сб. «Нескончаемая встреча», цикл «Семисвечник», «Свеча 1-я. огонь украденный»

Кроме того, эта так называемая хореография, на мой взгляд, абсолютно ортогональна возвышенному духу музыки, пускай во многом и наивной. Сам же Юровский утверждает, что «Бетховен, как и Шиллер, верил в то, что люди в основе своей хороши и богоподобны». Но вся хореография противоречит этой вере. Юровский замечает, что послебетховенская двухсотлетняя история человечества противоречит этой вере. Можно с этим соглашаться, можно спорить, но, мне кажется, не стоит нагружать светлую в принципе музыку Бетховена несвойственными ей мрачными в большинстве своем смыслами последующего двухсотлетнего бытия человечества.

Также диссонансом по отношению к музыке прозвучал рассказ Кафки, прочитанный Евгением Цыгановым. Вообще, все, что читал в первом отделении Цыганов – и отрывки из Овидия, и из диалога «Протагор» Платона, и рассказ Кафки - производило впечатление чтения с листа, что также входило в диссонанс с мастерским исполнением музыки. Во втором отделении Цыганов в роли Гефеста выступил намного удачнее.

А вот тростевые куклы, изображающие олимпийских богов в бетховенском балете, отторжения не вызвали. Их наивность вполне корреспондирует с наивностью музыки.

Зато исполненные во втором отделении три акта (I, V и VI) из оперы Карла Орфа «Прометей» произвели грандиозное впечатление. Суровый масштаб последней оперы Орфа сопоставим с пафосом трагедии Эсхила «Прометей прикованный», на полный текст которой она и написана. Исполняется она в прекрасном переводе Юрия Димитрина. Мне импонирует именно такой порядок слов в её названии, своей ритмикой, как я это слышу, более соответствующий всей ритмике греческой просодии в русском языке, чем обратный. Есть все основания надеяться, что в ноябре мы услышим целиком всю оперу Орфа в концертном исполнении.

Три акта из оперы Карла Орфа «Прометей»
Три акта из оперы Карла Орфа «Прометей»

Впечатляет и сам состав орфовского оркестра: из струнных – только девять контрабасов, зато по четыре рояля и банджо, огромное количество ударных. Всё вместе это звучало под рукой маэстро превосходно. Очень хорош был Камерный хор Московской консерватории (художественный руководитель Александр Соловьев). Великолепен был в партии Прометея петербургский, из Михайловского театра баритон с прекрасным вокалом Борис Пинхасович.

Сенсационно показала себя исполнительница партии Ио сопрано Екатерина Кичигина. Степень ее самоотдачи была стопроцентная, если не больше – голос она расходовала безоглядно! Вокальный диапазон её вокала показался огромным и ровно звучащим во всех регистрах: яркие верха и богатые низы.

Её появление в зале и проход сквозь партер под хорошо поставленные восклицания (если не сказать вопли), да и потом в сцене встречи Ио с Прометеем, пробудили во мне воспоминания более чем полувековой давности. Тогда в этом же зале в 1962 и 1963 годах гастролировал греческий театр из Пирея, в котором играла гениальная актриса Аспасия Папатанасиу. От ее воплей ещё за сценой в роли Медеи шевелились волосы на голове даже у отнюдь не сентиментального двадцатилетнего юноши, который запомнил их на всю жизнь. Более сильного театрального впечатления в жизни у меня не было. И вот воспоминания ожили! Да не обидится на меня Кичигина, я не ставлю на сознательном уровне знака равенства между нею и Папатанасиу! Но эмоциональная память не руководствуется рациональным сознанием, а оживает по своим, нам неведомым законам. И я благодарен Екатерине за то, что она оживила такие воспоминания. Воистину, в России надо жить долго.

Владимир ОЙВИН «Новости музыки NEWSmuz.com»
Фото - Сергей БИРЮКОВ

Продолжение: про второй день | про третий день

17/06/2014 - 17:50   Classic   Концерты
Российская премьера самого знаменитого произведения «Vespro della beata Vergine» («Вечерня Пресвятой Девы Марии») одного из самых значительных композиторов добаховского периода Клаудио Монтеверди состоялась 1 июня в Кафедральном соборе св. Петра и Павла Евангелическо-Лютеранской Церкви России.

Премьера прошла в рамках IV Международного фестиваля музыки эпохи Возрождения «La Renaissance», проходящего в Москве с 13 мая по 7 июня. Фестиваль проходит при поддержке Московской государственной консерватории им. П.И. Чайковского, Французского института в России и Посольства Азербайджанской Республики в РФ. Организатор фестиваля – ансамбль старинной музыки «Alta Capella» (художественный руководитель – Иван Великанов).

`Премьера «Вечерни…» Клаудио Монтеверди была осуществлена интернациональным коллективом солистов-вокалистов и инструменталистов под руководством Эндрю Лоуренса-Кинга – одного из ведущих современны мировых исполнителей и исследователей старинной музыки.

Солисты: Екатерина Либерова, сопрано, Анастасия Бондарева, сопрано, Жан-Франсуа Новелли, тенор (Франция), Карлос Гомес, тенор (Колумбия), Тигран Матинян, тенор, Иван Любимов, тенор, Тарас Ясенков, тенор Владимир Красов, баритон, Евгений Скурат, бас, Нериюс Масевичюс, бас (Литва).

Ансамбль старинной музыки Alta Capella в составе: Иван Великанов (цинк, блок-флейты, орган-позитив, регаль), Максим Емельянычев (цинк, блок-флейты), Александра Михеева (сакбут-альт), Егор Павлов, (сакбут-тенор), Евгений Кожаров (сакбут-тенор), Михаил Оленев (сакбут-бас), Мария Крестинская (барочная скрипка), Екатерина Назарова (барочная скрипка), Дарья Маглеванная (барочный альт), Александр Гулин (виола да гамба), Пётр Айду (теорба), Олег Чернышов, теорба, Константин Щенников (архилютня), Юлия Успенская, орган-позитив, Сергей Лукашук, регаль.

Приходится перечислять весь состав исполнителей, ибо совершенный ансамбль не дает возможности выделять кого-либо.

На концерте
На концерте

«Вечерня Пресвятой Девы Марии» Клаудио Монтеверди – одно из самых знаменитых духовных произведений в истории мировой музыки. В литургической практике она совершается на закате солнца. Монтеверди аранжирует латинские тексты, посвященные Деве Марии, взятые из ветхозаветных книг Библии: пять псалмов Давида (110:1-7, 113:1-9, 122:1-9, 127:1-5, 148:1-9), два переделанных фрагмента из «Песни Песней». Затем звучит соната потрясающей красоты «Sancta Maria», гимн в Её честь "Ave maris stella" ("Радуйся, звезда над морем") и завершает все Magnificat на текст из Евангелия от Луки «Величит душа моя Господа» (Лк. 1:46–55).

По своим масштабам «Вечерня…» Монтеверди сопоставима с Мессой си минор И. C. Баха. «Вечерня Пресвятой Девы Марии» известна сегодня по изданию 1610 г. и представляет собой сведенные воедино в стиле concerto гимны, перемежающиеся и Духовными концертами с увеличивающимся числом голосов от одного до шести. Здесь литургические песнопения григорианского хорала, изысканная полифония совмещаются с чертами недавно зародившегося оперного стиля. Монтеверди очень изобретателен в приемах. Он соединяет, разъединяет и вновь соединяет десятерых солистов-вокалистов в дуэтах, более крупных ансамблях, и антифонных хорах. Инструменталисты играют ритурнели, в которых струнные контрастируют с деревянными духовыми, а иногда и медными духовыми. Вокалистов все время поддерживает группа баса-континуо, которая состоит из клавишных, теорб и арочных арф, на одной из которых играет Эндрю Лоуренс-Кинг.

Эта интерпретация отражает последние достижения музыковедческих исследований по исполнительству времен Монтеверди, когда приоритетами считались Текст (Библия или католические молитвы), ритм и драматическое воздействие.

Исполнение полного варианта «Вечерни Пресвятой Девы Марии» на фестивале "La Renaissance" во всех смыслах можно расценивать как выдающееся событие московского музыкального сезона 2013 – 2014 гг. Во-первых, московские слушатели, смогли, наконец, в живом исполнении, а не в записи познакомиться с одним из шедевров мировой музыкальной культуры в этом жанре. Во-вторых, это исполнение было высочайшего уровня. Несмотря на то, что, исполнители, собранные не только из разных коллективов, но и из разных стран: Великобритании, Колумбии, Литвы, России, Франции, имели на репетиции меньше недели, слаженность исполнения была превосходной.

Все вокалисты пели в безвибратной, инструментальной манере. Точность интонации, ровность звуковедения, филигранность отделки деталей и чувство ансамбля у вокалистов были поразительными. Безупречно точно был выдержан ритм, для чего каждый вокалист отмахивал его cвободной рукой, и убедительны темпы. Также безупречен ансамбль вокалистов и инструменталистов. Все 10 солистов одновременно были и хором. Индивидуальные вокальные данные солистов, иногда весьма скромные, растворялись в восхитительных ансамблях, которые были абсолютно органичны. Безусловно, на исполнителей работала и акустика собора, предназначенная для подобной музыки.

Поскольку до появления дирижёра к моменту публикации "Вечерни..." было еще более 200 лет, управлением всем ансамблем осуществлял музыкальный руководитель проекта Эндрю Лоуренс-Кинг, сидя за своей итальянской барочной арфой. В паре с ним, на второй арфе, играла Катерина Кинг, которая была и переводчиком текстов, выходящих за рамки Синодального перевода Библии. Перевод мотета "Ave maris stella" приведен в переводе Сергея Аверинцева.

На российскую премьеру "Вечерни Пресвятой Девы Марии" пришли многие музыканты, в круг исполнительских интересов которых входит аутентичное исполнительство и просто интересующиеся этой проблемой, много представителей музыкальной прессы. Но много было и простых слушателей. Тем не менее, и сама музыка, и её великолепное исполнение заставили всех зрителей затаив дыхание просидеть 1 час 45 мин., которые длилась "Вечерня...", а по её окончании разразиться бурей овации, которая вынудила исполнить на бис Вступительный хор.

Особой благодарности заслуживают организаторы фестиваля "LA RENAISSANCE": его художественный руководитель Иван Великанов и Collegium Musicum за организацию этого уникального исторического концерта.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»
Фото - Марина ТОЛСТОБРОВА

СПРАВКА

Эндрю Лоуренс-Кинг (Andrew Laurence-King) родился 1953 в Гернса (Великобритания) Он один из самых известных современных исполнителей старинной музыки, специалист по континуо, виртуоз-арфист, имеющий самое большое количество записей соло и в составе различных музыкальных коллективов (более 400 дисков). Под его руководством прошло множество постановок барочных опер, ораторий, средневековых мистерий, концертов камерной музыки в La Scala, Милан; Sydney Opera House; Casals Hall, Токио; Carnegie Hall, Нью-Йорк; Palacio de Bellas Artes, Мехико; в Берлинской, Венской и Московской филармониях.

Сейчас Лоуренс-Кинг старший научный сотрудник и эксперт австралийского Centre of Excellence for the History of Emotions в Перте. Там он занимается исследованием исторического исполнительства под общим названием "Текст, Ритм, Действо".

Музыкальная карьера Лоуренс-Кинга началась в церкви Сент Питер Порта в его родном Гернси, где он руководил хором. Затем обучался в Кембриджском университете математике, а музыке в Центре старинной музыки в Лондоне. Он учился там по классу вокала как тенор, органу и игре на струнных инструментах. После окончания учебы Эндрю Лоуренс-Кинг выступает в двойном качестве - как тенор-вокалист и как «бассо континуо»-исполнитель. Его дебют состоялся в лондонском Royal Albert Hall, где он играл на средневековой арфе программу для променад-концертов ВВС. После этого концерта Лоуренс-Кинг быстро зарекомендовал как разносторонний музыкант группы континуо.

В 1988 году Лоуренс-Кинг основал и совместно руководил группой «Tragicomedia», в репертуаре которой была музыка стиля барокко. В течение шести лет Лоуренс-Кинг играл в составе ансамбля как арфист и клавишник, одновременно он создал много музыкальных произведений и концертных программ.

После распада ансамбля он поступил в «Hesperion XXI» Йорди Савали, как солист на арфе, и был назначен профессором по классу арфы и «бассо континуо» в Akademie für Alte Musik в Бремене и Escuela Superior de Musica de Catalunya в Барселоне. Он также постоянно преподает в Scoil na gСlairseach Historical Harp Society в Ирландии.

В 1994 году Эндрю Лоуренс-Кинг сформировал свой собственный ансамбль, «The Harp Consort», который является смешанным вокально-инструментальным ансамблем, объединяющим солистов мирового класса. С ансамблем сразу же подписала семилетний контракт «Deutsche Harmonia Mundi» на записи концертов и мировых опер. Деятельность ансамбля, сочетающая проведение исторических исследований и импровизацию в исполнении музыкальных произведений мгновенно завоевала признание критики.

Эндрю Лоуренс-Кинг ведет активную работу и в России. В 2012 году поставленная им в Детском муыкальном театре им. Н. И. Сац самая древняя из сохранившихся опер "Игра о Душе и Теле" Эмилио де Кавальери получила "Золотую маску". Год спустя он после почти 400-летнего перерыва поставил в Петербурге оперу "Смерть Орфея" Стефано Ланди.

Иван Великанов родился в 1986 году в Париже. В самом раннем детстве начал сочинять музыку, а с семи лет стал заниматься систематически под руководством композитора и органиста Леонида Карева.

В 1993 переехал в Москву. В 1997-1999 годах занимался пением под руководством Лидии Давыдовой и выступал как дискант, в том числе с ансамблем «Мадригал».

В 2000-2004 годах обучался в Академическом музыкальном училище при Московской консерватории по классу теории музыки, посещал уроки композиции, обучался игре на клавесине под руководством доцента Т.А. Зенаишвили.

В 2004-2009 годах обучался в Московской консерватории на отделении композиции (профессор Роман Леденев), а также посещал класс органа (профессор Любовь Шишханова); в 2008-2012 годах – на отделении симфонического дирижирования (класс профессора Геннадия Рождественского; окончил с отличием). Также продолжает обучаться игре на органе (класс профессора Александра Семенова) и на клавесине (класс преподавателя Марии Успенской). В 2008 году стал лауреатом Международного конкурса молодых композиторов им. П. Юргенсона и выиграл конкурс Большого театра на создание оперы или балета для юношества. Дипломант II Всероссийского конкурса молодых дирижеров им. И. Мусина (2011, Кострома).

В 2009 году создал первый в России ансамбль старинных духовых инструментов Alta Capella и является его художественным руководителем. Областью профессиональных интересов становится музыка позднего Средневековья и раннего Ренессанса (французские труверы, Г. Де Машо, Ф. Ландини, Г. Дюфаи, Ж. Беншуа), что отражено в ряде концертных программ 2010-2011 годов. Выступает как мультиинструменталист (цинк, органетто, орган-позитив, ударные) в дуэте с Максимом Емельянычевым, в составе ансамбля Alta Capella, а также других российских ансамблей старинной музыки – Universalia in Re, Laterna Magica, Pfeyffer.

С 2011 года – организатор и художественный руководитель Международного фестиваля музыки и танца эпохи Возрождения La Renaissance (I-й фестиваль – апрель 2011, II-й фестиваль – январь-февраль 2012, III-й фестиваль – май-июнь 2013) IV-й фестиваль (май-июнь 2014). В 2012 году в качестве ассистента принимал участие в постановке «Представления о Душе и Теле» Эмилио де’ Кавальери в Московском академическом детском музыкальном театре им. Н.И. Сац (художественный руководитель – Эндрю Лоуренс-Кинг; премьера – 7-9 июня 2012 г.; специальная премия жюри «Золотой маски»-2013).

Быстрый поиск:
04/06/2014 - 23:15   Classic   Концерты
Концертом в Бетховенском зале Большого театра 18 мая поздравили легендарную примадонну Мариинского театра Ирину Богачеву с 50-летием ее творческой деятельности артисты Большого театра России совместно с её учениками.

Большой театр был представлен силами Молодёжной оперной программы (МОП) во главе с Управляющей коллективами оперной труппы Маквалой Касрашвили.

Поздравления начала звезда Большого театра Венера Гимадиева, исполнившая в сопровождении Павла Небольсина арию «Саламбо» из музыки к к/ф «Гражданин Кейн». Великолепно исполнила арию Флории Тоски «Vissid’arte…» из одноименной оперы Дж. Пуччини неувядаемая Маквала Касрашвили. Ей, как и в дальнейшем, всем певцам Большого театра аккомпанировала Елизавета Дмитриева. А ученики Ирины Петровны и она сама пели в сопровождении Елены Гаудасинской, по совместительству дочери юбилярши. В виду юбилейного характера статьи, я воздержусь от критики номеров программы, которые мне показались неудачными – благо их было немного.

Весьма неплохо исполнил концертную арию Моцарта «Per cuesta bella mano» молодой бас Даниил Чесноков, одновременно являющийся студентом Московской консерватории и артистом МОП.

Несколько раз за этот вечер – и в соло, и в ансамблях выходил на сцену баритон Борис Пинхасович – ученик И. Богачевой, солист Михайловского театра. Он прекрасно исполнил арию Пьеро «Mein Sehnen, mein Wähnen» из оперы Э. Кронгольда «Город мертвых». С артисткой МОП Кристиной Мхитарян они хорошо исполнили дуэт Виолетты и Жоржа Жермона из второго акта «Травиаты» Дж. Верди.

В начале второго отделения Б. Пинхасович вместе с Александрой Кабановой (сопрано) великолепно исполненным комическом дуэте на музыку из оперы Моцарта «Волшебная флейта» поздравили Ирину Петровну специально сочиненным текстом в честь юбилярши. Предпоследним номером программы все тот же Б. Пинхасович, но уже в компании с А. Кабановой и Марией Галкиной (сопрано) поздравили И. Богачеву ансамблем в комическом народном стиле на мотив «Эх, лапти вы, лапти вы…!», продемонстрировав свои незаурядные не только вокальные, но и комические способности.

Хорошо выступили все три тенора: солист Большого театра Борис Рудак (ария Васко да Гамы из оперы Мейербера «Африканка») и артисты МОП Арсений Яковлев – студент РАТИ (итальянская песня Р. Фольво «Dicitencello vuje» («Скажите, девушки») и Павел Валужин, бывший студент И. Богачевой (Песенка Герцога из оперы Верди «Риголетто»).

Еще раз вышла на сцену Маквала Касрашвили, но уже вместе с быстро растущей недавней артисткой МОП Александрой Чухиной (меццо-сопрано), которые великолепно исполнили дуэт Чайковского «Вечер» на стихи И. Сурикова.

Третий раз Касрашвили вызвал на сцену Зураб Соткилава, которого художественный руководитель МОП Дмитрий Вдовин – душа и мотор всей программы – пригласил, на эстраду, разглядев его среди зрителей. Они спели для И. Богачевой грузинскую народную песню. Перед этим Зураб Лаврентьевич импровизируя сказал очень теплое и прочувствованное слово в адрес Ирины Богачевой. Он назвал её фантастическим явлением. «Это и природа, и великая школа! … Я счастлив, что пришел на этот вечер. Если бы мне кто-то сказал, что ты сейчас ТАК поешь, я бы из любви и уважения сказал: «Ну, может быть». Но то, что я сегодня услышал – это великое искусство! Ты великая певица, великая женщина, великая мать и великая бабушка! Ты великий педагог!»

«Застольную» из оперы Верди «Травиата» в честь юбилярши исполнили все молодые участник и юбилейного вечера. А завершился вечер итальянской песней Луиджи Денца «Fuliculi Fulicula» («Фуникулёр), которую Ирина Богачева блистательно спела в сопровождении хора из молодых участников концерта.

Ирина Богачева
Ирина Богачева

Главной же изюминкой юбилейного вечера стало триумфальное и феноменальное, без преувеличения, выступление самой виновницы торжества. Ирина Богачева спела в сущности полное, если не более, концертное отделение, состоящее из семи номеров высшей вокальной и драматической сложности. Причем исполняла она всю программу без привычных у вокалистов перерывов для отдыха, во время которых обычно исполняют популярные оперные увертюры или другие шлягеры.

Свою программу И. Богачева начала арией Екатерины «Нет больше Марты…» из оперы А. Петрова «Пётр I». Далее последовал ее коронный номер – сцена Графини из оперы «Пиковая дама» П. Чайковского – в этой партии И. Богачева на сцене Мариинского театра выступает по сей день, оставаясь непревзойденной. Какой глубокий, восхитительный нижний регистр продемонстрировала певица в арии Далилы «Samson, recherchant ma presence…» из оперы К. Сен-Санса «Самсон и Далила».Весь свой темперамент И. Богачева вложила в Хабанеру из оперы Ж. Бизе «Кармен», а комический дар – в Куплеты Периколы из одноименной оперетты Ж. Оффенбах.

И. Богачева всегда была в числе самых выдающихся исполнителей русского романса. И в этой программе она отдала дань этому жанру, прекрасно исполнив романс В. Гаврилина на стихи А. Володина «Прости, меня». Свое выступление Ирина Богачева завершила зажигательной итальянской народной песней «Тиритомба».

Поразительно то, что Ирина Богачева в своем возрасте полностью сохранила все вокальные и сценические данные, дарованные ей природой и главное – необычайной красоты и свежести голос. Она предельно чисто интонирует во всех доступных ей регистрах. Её звуковедение безупречно – переходы между регистрами идеальны и потому просто незаметны. А какую величину дыхания имеет И. Богачева до сих пор! Её дикция безупречна.

Сравнивая сегодняшнюю Ирину Богачеву с её младшими коллегами, принимавшими участие в юбилейном вечере, можно констатировать, что ни по одному вокальному параметру она не уступает молодым ни на йоту.

В последние годы Ирина Богачева в Москве не выступала, поэтому особая благодарность художественному руководителю Молодёжной оперной программы Большого театра Дмитрию Вдовину, организовавшему этот замечательный вечер и давшему нам самим оценить феномен Богачевой, в который можно поверить, только услышав его собственным ухом. Любой пересказ, в том числе и мой, здесь невозможен, так же как невозможно оценить вкус меда, не отведав его. Это как с поэзией, про которую Осип Мандельштам написал в «Разговоре о Данте»: «…там, где обнаружена соизмеримость вещи с пересказом, там простыни не смяты, там поэзия, так сказать, не ночевала». Невероятный феномен Ирины Богачевой есть и все, кто был на этом вечере, убедились в этом собственными ушами и глазами!

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»

СПРАВКА

БОГАЧЕВА Ирина Петровна (меццо-сопрано) – выдающаяся певица второй половины ХХ и начала XXI века, солистка Мариинского театра, профессор Санкт-Петербургской консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова, заведующая кафедрой сольного пения.

Ирина Богачева родилась 2 марта 1939 года в Ленинграде. Отец – Комяков Петр Георгиевич, профессор, доктор технических наук, заведовал кафедрой черной металлургии в Политехническом институте. Мать – Комякова Татьяна Яковлевна.

Вместе с семьей Ирина Богачева перенесла все тяготы Ленинградской блокады. Интерес к опере появился после того, как семиклассницей Ирину привели в Театр оперы и балета им. C. М. Кирова. Захотелось учиться петь. Но жизнь внесла свои коррективы: умирает сначала отец, и несколькими годами спустя – мать. На руках Ирины остаются две младшие сестры, которых надо было содержать, зарабатывая на жизнь. И она поступает в техническое училище, где участвует в художественной самодеятельности, посещает кружки сольного пения и художественного слова. Педагог по вокалу, Маргарита Тихоновна Фитингоф настояла на том, чтобы Ирина занялась пением профессионально, и в 1960 г. сама привела ее в Ленинградскую консерваторию имени Римского-Корсакова. Там Ирина стала ученицей Ираиды ПавловныТимоновой-Левандо. Закончила консерваторию в 1965 году

Еще будучи студенткой, в 1962 году И. Богачева стала лауреатом Всесоюзного конкурса вокалистов имени М. И. Глинки и её пригласили одновременно в московский Большой театр и ленинградский Кировский, на котором она остановила свой пожизненный выбор. Её первое выступление на сцене Кировского театра состоялось 26 марта 1964 года в партии Полины в "Пиковой даме".

Международная известность Ирины Богачевой началась в 1967 году после сенсационной победы на престижном международном конкурсе вокалистов в Рио-де-Жанейро, где она удостаивается первой премии.

В 1968 году Ирина Богачева приехала на стажировку в Италию, к знаменитому Дженарро Барра. Под его руководством она сумела изучить такое количество опер, какого не удавалось пройти другим стипендиатам: "Кармен" Бизе и вердиевские создания – "Аида", "Трубадур", "Луиза Миллер", "Дон Карлос", "Бал-маскарад". Первой среди отечественных стажеров она получила предложение выступить на сцене "Ла Скала" и спела Ульрику в «Бале-маскараде», заслужив восторженное одобрение публики и критики.

Вся творческая жизнь Ирины Богачевой и по сей день неразрывно связана с Мариинском театром. На его сцене певица исполнила большинство лучших оперных партий из репертуара меццо-сопрано: – Марфа в «Хованщине», Любаша в «Царской невесте», Марина Мнишек в «Борисе Годунове», Кармен в одноименной опере Бизе, Амнерис в «Аиде», Азучена в «Трубадуре», Эболи в «Дон Карлосе», Прециозилла в "Силе судьбы", Кончаковна в "Князе Игоре".

Среди лучших ролей современных авторов – прачка Марта Скавронская, будущая императрица Екатерина Первая, в опере Андрея Петрова "Петр Первый".

Исполняя капитальные партии, Ирина Петровна блистательно исполняла и маленькие роли, будучи уверенной, что таковых не бывает. В спектакле "Война и мир" Юрия Темирканова и Бориса Покровского она великолепно провела роль Элен Безуховой. В следующей постановке оперы Сергея Прокофьева, осуществленной Валерием Гергиевым и Грэмом Викком, Богачева выступила в роли Ахросимовой. В другой прокофьевской опере – "Игрок" по Достоевскому – артистка создала образ Бабуленьки.

В лучших ролях своего репертуара Ирина Богачёва выступала в таких известных оперных театрах, как Ла Скала (Милан), Метрополитен-опера (Нью-Йорк), Ковент-Гарден (Лондон), Опера Бастиль (Париж), крупнейший в мире театр Колонн (Буэнос-Айрес), Опера Сан-Франциско и многих других.

Певица также много гастролирует с сольными программами: Норвегия, Франция, Китай, Испания, Япония, Корея, Англия, Германия, Италия и др.

Помимо выступлений на оперной сцене Ирина Богачева ведет активную концертную деятельность. Она много поет с оркестром и фортепианным сопровождением. Прослушав многих певиц, Дмитрий Шостакович доверил И. Богачевой первое исполнение Сюиты на стихи Марины Цветаевой. Специально для нее композитор создал редакцию этого цикла для голоса и камерного оркестра. Великолепно исполняет она и другой цикл Д. Шостаковича – "Пять сатир на стихи Саши Черного". Вдохновенно поет И. Богачева песни Валерия Гаврилина, высоко ценившего ее артистический дар.

Ирина Богачева является одной из лучших исполнительниц русского романса. В свой концертный репертуар она включает и арии из классических оперетт, и песни, в том числе эстрадные.

Много и плодотворно работает Ирина Богачева на студии "Лентелефильм" и на телевидении. Она снялась в музыкальных фильмах: "Поет Ирина Богачева", "Голос и орган", "Жизнь моя опера" (режиссер В. Окунцов), "Кармен - страницы партитуры" (режиссер О. Рябоконь). На Санкт-Петербургском телевидении подготовлены видеофильмы "Песня, романс, вальс", "Итальянские грезы", "Русский романс" (режиссер И. Тайманова), а также юбилейные бенефисы певицы в Большом зале филармонии (к 50-, 55- и 60-летию со дня рождения). Ириной Богачевой записаны и выпущены пятть компакт-дисков.

Еще в 1980 году, находясь в расцвете вокальной карьеры, Ирина Богачева занялась педагогикой и ведет класс сольного пения в Санкт-Петербургской консерватории в качестве профессора. Среди ее учеников: Ольга Бородина, Наталья Евстафьева, Наталья Бирюкова, Юрий Ившин, Елена Чеботарева, Ольга Савова, Елена Витман, Юлия Симонова, Мария Литке, Олеся Петрова, Борис Пинхасович, Александра Кабанова и др.

Супруг – Гаудасинский Станислав Леонович (1937 г. рожд.), видный театральный деятель, заведующий кафедрой музыкальной режиссуры в Санкт-Петербургской консерватории. Дочь – Гаудасинская Елена Станиславовна (1967 г. рожд.), пианистка. Внучка – Ирина.

(По материалам Мариинского театра, Санкт-Петербургской консерватории им. Н. А. Римского-Корсакова. Belcanto.ru)

28/05/2014 - 00:50   Classic   Концерты
Интереснейший клавирабенд Юрия Фаворина состоялся 13 мая в Малом зале Московской консерватории.

В первую очередь интересен он был самой личностью музыканта – одного из самых ярких и самобытных московских пианистов, у которого неинтересных программ мне слышать не привелось – каждый его концерт или даже номер в концерте это всегда событие.

Юрий Фаворин
Юрий Фаворин

А во вторую – интересна программа, не содержащая ни одного шлягера: Четыре этюда, соч. 4, Кароля Шимановского, Соната 1.X.1905 «Z ulice» Леоша Яначека, Четыре забытых вальса, S. 215, Ференца Листа и Большая соната «Четыре возраста», соч. 33, Шарля-Валентина Алькана.

Музыка Шимановского, Яначека и Алькана вообще редкие гости на российских эстрадах. Да и Лист был представлен редко исполняемыми «Забытыми вальсами». Программа вращается вокруг своеобразного музыкального квадрата – три из четырех опусов, составляющие программу, представляют собой четырехчастные циклы и имеют четверку в наименовании . И самих опусов в программе четыре.

Этюды Шимановского – раннее его сочинение, но уже в нем слышно разнообразие приемов, используемых им – то, что гораздо позже стало именоваться полистилистикой. Шимановский был еще и прекрасным пианистом и его фортепианные сочинения имели весьма виртуозный характер. Сам Шимановский в конце жизни с юмором относился к своим виртуозным сочинениям молодости. Мне посчастливилось во время одного из конкурсов Чайковского, почетным гостем которого была великолепная польская певица Эва Бандровска-Турска, провести один вечер в ее обществе. Она была одной из лучших исполнительниц вокальных сочинений Шимановского, и нередко он сам аккомпанировал ей. Пани Эва рассказала, что уже в конце жизни Шимановского, во время репетиций с ней сам хватался за голову и восклицал: «Эвочка! Что я такое понаписал! Это же невозможно сыграть!»

Возвращаясь к рецензируемому концерту, можно было лишний раз констатировать, что технических трудностей для Фаворина не существует. И в этюдах Шимановского тоже. Особенно это проявилось в во втором соль-бемоль мажорном этюде, который Фаворин блистательно исполнил в темпе presto вместо указанного автором allegro molto, но выиграв при этом все пассажи. Музыкально же Фаворин великолепно индивидуализировал каждый этюд. Лирический в шопеновском стиле первый ми-бемоль минорный, броско-виртуозный листовского покроя второй соль-бемоль мажорный, эпический си-бемоль минорный третий и импрессионистичный си-бемоль минорный четвертый.

Соната «1 октября 1905 года» имеет трагическую предысторию. В этот день во время демонстрации в Брно с требованием открыть в городе чешский университет полицией был застрелен 20-летний рабочий. Потрясенный произошедшим, Яначек сочинил фортепианную сонату с этим названием в трех частях: Предчувствие, Смерть, Похоронный марш. Уже в январе следующего года первые две первые части были исполнены в Клубе друзей искусства Людмилой Тучковой, а ноты третьей автор сжег перед исполнением. Позже Яначек уничтожил и ноты оставшихся двух частей. Так же он поступил и со многими другими своими сочинениями. Только в 1924 году, по случаю 70-летия композитора, Тучкова призналась, что у нее сохранилась копия двух первых частей сонаты. На сей раз Яначек не только не стал уничтожать сочинение, а снабдил его программой: «Белый мрамор ступеней Беседного дома. Простой рабочий Франтишек Павлик падает, истекая кровью. Он пришел, только чтобы бороться за высшее образование, и был лишен жизни жестокими убийцами».

Повод для сочинения этой сонаты объясняет её экспрессионистский характер, блестяще воплощенный Фавориным. Интересно как в первой части Фаворин быстро переходит от мягкого туше, свойственного грустному самоощущению, к резкому, почти ударному звукоизвлечению предчувствия трагедии. И таких переходов много. Это свидетельствует о мастерском владении инструментом и очень точной координации движений. Инерция сведена к нулю. Получилась черно-белая гравюра. Здесь игра фортепианными красками неуместна.

Зато в «Забытых вальсах Листа разнообразных фортепианных красок было множество. Иногда они как бы просвечивали одна сквозь другую, создавая ощущения наплывов памяти. Здесь палитра этих красок была богатой: от пастельных лирических до масляных инфернальных. Обычно эти «Забытые вальсы» исполняются поодиночке в качестве очень удобных пьес для бисов. Они и не заигранные, и при этом эффектные. А у Фаворина, исполненные вместе, они заиграли новыми гранями. Это стало неожиданным в некотором роде открытием.

Двойственное впечатление произвела на меня Большая соната «Четыре возраста» Алькана. Прекрасное впечатление произвело её исполнение. Соната труднейшая чисто технически, и Фаворин справился с этими проблемами блестяще. Все более складывается ощущение, что технических проблем для него не существует. С ними он справляется именно «играючи». Все пассажи идеально выиграны в любом, самом быстром темпе. Манера звукоизвлечения многообразна и уместна в каждой отдельной художественной задаче. Владение стилями безупречно и убедительно.

Мне не понравилась сама Большая соната Алькана в целом, хотя некоторые ее фрагменты и вызвали интерес. Но эти фрагменты тонут в весьма избыточно многословии ее текста с несколькими повторами, которые как бы вколачивались в память слушателей на довольно-таки жестком форте. Соната поистине «Большая» и длится более получаса. Я воспринял эту музыку как пищу не для ума или души, а для пальцев. У меня сложилось четкое ощущение, что силы, затрачиваемые на ее запоминание и исполнение неадекватны небольшой глубине ее содержания, закамуфлированного виртуозными пассажами на форте. Этакая иллюзия эмоциональности, а на самом деле, только имитация её.

В последнее время, благодаря не в последнюю очередь усилиям Амлена, становится модным декларировать любовь к музыке Алькана. Меня эта мода не коснулась. Те его сочинения, которые мне довелось услышать, у меня не только не вызвали такой любви, а скорее, произвели впечатление вторичности, хотя, скорее всего, они были написаны или одновременно, или даже раньше той музыки, которая якобы оказала влияние на творчество Алькана. Даже не являясь вторичной по факту своего написания, лучше от этого она не становится. Я вижу здесь объяснением то, что Дебюсси и Равель воплотили идеи Алькана просто более талантливо, чем их автор. Не говоря уже о Листе. Разве можно поставить близко великую его сонату h moll и Большую сонату «Четыре возраста»? Слушая сочинения Алькана, я лишний раз убеждаюсь, что несправедливо забытой музыки не бывает. Последний судья – время, которое все расставляет по своим местам.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»

20/04/2014 - 13:21   Classic   Концерты
В рамках Недели культуры Великого Герцогства Люксембургского в Москве и Санкт-Петербурге состоялись гастроли Люксембургского филармонического оркестра.

В Москве оркестр 9 и 10 апреля 2014 г. играл в Концертном зале им. П. И. Чайковского, в Петербурге – 11 апреля в Концертном зале Мариинского театра. Вместо заболевшего художественного руководителя оркестра Эммануэля Кривина (Франция) за дирижёрским пультом стоял Василий Синайский. В связи с заменой дирижера произошли и изменения в программе первого московского и петербургского концертов – вместо объявленной Фантазии для оркестра «Русалочки» Александра Цемлинского, была исполнена Симфония № 8 соль мажор Антонина Дворжака, что было жаль. Не то, чтобы замена неравноценна, а дело в том, что хотя и Восьмая Дворжака не так уж часто звучит на наших эстрадах, но музыка Цемлинского практически нам совсем незнакома. Но и Синайского понять можно – практически нереально незнакомую и не самую легкую партитуру полноценно исполнить с одной репетиции в день концерта.

Дирижирует Василий Синайский
Дирижирует Василий Синайский

Я слушал только первый концерт в Москве. В его программу кроме симфонии Двожака, входили: И. Штраус – вальс «Сказки Венского леса», Ф. Шопен – Концерт № 2 для фортепиано с оркестром фа минор (солист – Николай Луганский).

«Сказки Венского леса» получились у Синайского несколько тяжеловатыми – не хватало некоего венского шарма. А вот Второй концерт Шопена прозвучал и у солиста, и у оркестра весьма интересно и неожиданно. Такого Второго концерта Шопена я у Луганского ранее не слышал. Шопен получился у него с одной стороны довольно -таки героическим, а с другой неожиданно импрессионистичным. Причем второе преобладало. Может быть это было вызвано очень мягким и пластичным аккомпанементом оркестра. Несмотря на единственную репетицию, ансамбль солиста и оркестра был очень хорошим. Исполнение получилось стильным. На бис Н. Луганский блестяще исполнил Седьмой вальс Шопена.

Николай Луганский
Николай Луганский

Также весьма удачно прозвучала Восьмая симфония Дворжака. Оркестровые группы были хорошо сбалансированными и ровными. Неплохо звучала даже медь! Оркестр был мягок, пластичен, гибок и чутко отзывался на дирижерский жест. У Синайского особо удачными получились Adagio и Scherzo, прозвучавшее как ряд красочных зарисовок. А в целом симфония была хорошо слеплена по форме.

Вообще Люксембургский филармонический оркестр произвел хорошее впечатление, в первую очередь - прозрачным красивым звуком.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»

14/04/2014 - 10:55   Classic   Концерты
Лондонский филармонический оркестр (ЛФО) под управлением своего главного дирижёра Владимира Юровского завершил двумя концертами в зале им. Чайковского Пятый международный фестиваль Мстислава Ростроповича.

4 апреля был исполнен «Военный реквием» ор. 66 Бенджамина Бриттена, написанный на канонический текст католического реквиема со вставками стихов английского поэта Уилфрида Оуэна, погибшего на излёте Первой мировой войны.

Композитор посвятил произведение памяти четырёх своих друзей, трое из которых: Роджер Бурней, младший лейтенант добровольческого резерва Королевского военно-морского флота, Дэвид Джилл, рядовой матрос Королевского военно-морского флота, Майкл Халлидей, лейтенант добровольческого резерва Королевского новозеландского военно-морского флота, погибли на фронтах Второй Мировой, а четвёртый – Пирс Данкерлей, капитан Королевской морской пехоты, покончил с собой в 1954 году, не вынеся атмосферы гомофобии, ещё царившей тогда в обществе.

«Военный реквием» впервые был исполнен 30 мая 1962 года в новом соборе св. Михаила в Ковентри – городке, полностью разрушенном немецкой авиацией во время Второй мировой войны. Он был написан с расчётом на конкретный состав солистов, представляющих три народа, затронутых войной. Партия сопрано предназначалась для русской – Галины Вишневской, тенора – англичанина Питера Пирса, баритона – немца Дитриха Фишера-Дискау. Но в последний момент советские власти не отпустили Г. Вишневскую, и на первом исполнении партию сопрано исполняла английская певица Хизер Харпер. Дирижировал премьерой автор. Позже Г. Вишневская приняла участие в записи «Военного реквиема» — и запись, разошедшаяся тиражом 200 000 виниловых дисков (для музыки ХХ века случай беспрецедентный), до сих пор считается лучшей его записью.

Исполнению, как это теперь часто у В. Юровского, было предпослано глубокое по смыслу и информативное вступительное слово, направленное не только против войны как таковой, но и против агрессивной гомофобии (в условиях которой всю жизнь прожили Бриттен и Пирс, принадлежавшие к нетрадиционной сексуальной ориентации), доведшей до самоубийства одного из адресатов посвящения, и с пылом, достойным лучшего применения, насаждаемой сегодня в России.

Лондонский филармонический оркестр

В концерте сольные партии исполнили: болгарское сопрано Александрина Пенданчанска, символизировавшая славянский мир, английский тенор Иин Бостридж, наследующий вокальную традицию Питера Пирса, и немецкий баритон Маттиас Герне – ученик Дитриха Фишера-Дискау, участника войны и первого исполнения. Солисты были разнесены на разные портики. Такое разделение солистов заложено в партитуре Бриттена Мужчины, символизирующие противоборствующих солдат, – на правый портик, женщина – на левый. Голос Пендачанской звучал, особенно на верхах, весьма резко, как бы надрывно. Не исключаю, что это было желание Юровского: как особая краска, свойственная плачу, когда о красоте голоса не заботятся. М. Герне поначалу звучал слабовато, но потом распелся. Бостридж, как всегда, был на высоте.

В исполнении приняли участие Государственная академическая хоровая капелла им. А. А. Юрлова, вполне достойно, и хор мальчиков Хорового училища им. А. В. Свешникова, прозвучавший прекрасно. Хор мальчиков по замыслу Бриттена был невидим и, как сам он определил, олицетворял «голос ангелов с небес» – пел за пределами зала, в фойе третьего амфитеатра.

Как и было задумано Бриттеном, на сцене, кроме большого состава симфонического оркестра играл камерный оркестр (им дирижировал Невилл Крид), аккомпанировавший солистам. Именно на них лежал основной философский груз «Военного реквиема», который правильнее было бы назвать АНТИвоенным, учитывая пацифизм автора и тексты Оуэна. Не зря ведь камерным оркестром при Ростроповиче дирижировал не кто-нибудь, а Озава! И Владимир Юровский сказал после концерта за кулисами, что в следующем исполнении Реквиема он хотел бы дирижировать камерным оркестром.

На закрытии фестиваля 5 апреля ЛФО под управлением Владимира Юровского в первом отделении аккомпанировал американскому пианисту Николаусу Ангеличу во Втором фортепианном концерте Брамса. Это один из самых сложных для аккомпанемента концертов, и Юровский с этим справился великолепно – аккомпанемент был максимально тактичен. А вот солист оставил двойственное впечатление. Первые две части, по моему мнению, были неудачны. Звук рояля был жёстким и грубым. В первой части было ощущение, будто взяв педаль, солист просто забыл про неё и не снимал до конца части. Как тут не вспомнить высказывание замечательного пианиста Григория Соколова: «В педали важно не когда её взять, а когда снять!» А вот третья и четвёртая неожиданно прозвучали неплохо и в брамсовском стиле. Самым же удачным у Ангелича было великолепно исполненное на бис ми-бемоль минорное Интермеццо Брамса из ор. 117. В нём пианист показал множество фортепианных красок и оттенков.

Во втором отделении прозвучала редко исполняемая вообще, тем более в Москве, Вторая симфония Антона Брукнера, которая существует в нескольких вариантах. Оригинален был уже выбор варианта: предварительный, самый длинный, без купюр, сделанных Брукнером позднее. Длилась симфония примерно час и шесть минут. (Сравним: в записи Караяна 60 мин, а Йохума – 52 мин). Кроме того, в этом варианте scherzo стоит перед andante.

Мне кажется, всё-таки корректнее играть окончательную авторскую редакцию сочинения. Другие варианты или редакции можно и нужно анализировать, изучать в консерватории, может даже, записывать, но не исполнять. Мы же не восстанавливаем картины, написанные в разных вариантах один поверх другого. Тем не менее, само по себе исполнение Юровского было очень интересным, особенно вниманием к деталям без ущерба для целого. Оно было у него графичным и прозрачным, чем-то напоминая в этом смысле его же недавнее исполнение в Москве Девятой симфонии Бетховена в редакции Малера.

Что касается Лондонского филармонического оркестра, то, откровенно говоря, в его звучании мелькали шероховатости – я ожидал услышать лучший звук, особенно в концерте Брамса. Как обычно, слабым местом оказалась медь, и особенно валторны – эти enfant terrible почти любого оркестра. Да и общее звучание показалось пестроватым. Может быть, я излишне пристрастен, но сегодня Госоркестр России им. Е. Ф. Светланова, которым также руководит В. Юровский, на мой слух звучит лучше.

Лондонский филармонический оркестр п/у Юровского и солисты

Исполнение «Военного реквиема» Бенджамина Бриттена стало, безусловно, не только эмоциональным пиком V международного фестиваля Мстислава Ростроповича, но и одним из самых ярких событий концертного сезона 2013–2014 гг.

Да и сам фестиваль в целом за эти годы всегда становится одним из интереснейших событий музыкального сезона. В 2010 году многие, видя, как высок уровень Первого фестиваля, сомневались, что удастся его на таком уровне поддерживать. Но пока действительность опровергает все сомнения. Восхищает организаторский талант Ольги Ростропович, сумевшей за эти годы не только не снизить его художественную планку, но уверенно вывести Международный фестиваль Мстислава Ростроповича на первое место среди всех столичных музыкальных фестивалей по уровню представительности.

Владимир ОЙВИН, «Новости музыки NEWSmuz.com»
Фото - Александр ГАЙДУК

Страницы