Динара Алиева прекрасна и в опере, и в романсах

Динара Алиева преподнесла московским любителям вокала замечательный подарок – сольный концерт в Малом зале Московской консерватории.
К сожалению, в Москве мы слышим её не так часто, как хотелось бы, а главное, как она того заслуживает. Состоя в числе солистов Большого театра, она появляется на его сцене весьма редко. А уж на концертных подмостках и того реже.

Надо было приехать в Москву на гастроли Латвийской национальной опере, чтобы мы услышали замечательную Татьяну в «Евгении Онегине», в целом поставленном малоинтересно. Учитывая факт редких появлениях перед столичной публикой, было жаль, что в зале почти отсутствовала музыкальная пресса (многие умчались в Петербург на Пласидо Доминго в «Набукко»).

Правда, редкие выступления в одном и том же городе позволяют наглядно увидеть, в каком направлении Динара Алиева развивается. Она обладает красивым, сильным и полным драматическим сопрано, артистична и без перебора эффектна, свободно держится на сцене. Её вокал естественен и органичен. Если раньше у неё были некоторые проблемы с нижним регистром, то сейчас они почти преодолены. Практически во всех регистрах Д. Алиева поёт свободно, без напряжения.

Динара Алиева выступила в рамках абонемента Московской консерватории «Prima Donna» и полностью оправдала это звание. Сегодня она среди первых оперных звёзд. В этом абонементе должны были петь Елена Образцова и Хибла Герзмава – компания достойная.

Динара Алиева
Динара Алиева

ПРОГРАММА:


П. Чайковский: «То было раннею весной...», ст. А. К. Толстого, соч. 38 № 2; «Кабы знала я...», ст. А. К. Толстого, соч. 47 № 1 «Колыбельная», ст. А. Майкова, соч. 16 № 1; «Я ли в поле да не травушка была...», ст. Н. Сурикова, соч. 47 № 7;
С. Рахманинов: «Не пой, красавица...», ст. А. Пушкина, соч. 4 № 4; «Ночью в саду у меня...», ст. А. Исаакяна; перевод с армянского А. Блока, соч. 38 № 1; «Крысолов», ст. В. Брюсова, соч. 38 № 4; «Сирень», ст. Ек. Бекетовой, соч. 21 № 5; «Весенние воды», ст. Ф. Тютчева, соч. 14 № 11;
К. Караев – Два романса на стихи А. С. Пушкина: «На холмах Грузии»; «Я вас любил»;
Г. Форе – «Пробуждение», ст. Р. Бюссина, соч. 7 № 1;
Дж. Пуччини – Ария Тоски «Vissi d'arte, vissi d'amore» из оперы «Тоска»;
Ж. Массне – Ариозо Манон «Adieu, notre petite table» из оперы «Манон» (2-е действие);
Ф. Чилеа – Выходная ария Адриенны «Ecco, respiro appena...» из оперы «Адриенна Лекуврер»;
Дж. Верди – Мелодия Леоноры «Pace, pace mio Dio» из оперы «Сила судьбы»;
БИСЫ: А. Дворжак – «Мелодия»; Н. Бродски «Be My Love».

Программу концерта певица выстроила логично и точно. В первое отделение она поставила романсы Чайковского и Рахманинова. Такая компоновка органична для голоса, даёт возможность нагружать его постепенно. Это было тем нужнее, что оба отделения шли без пауз для отдыха в виде оркестровых увертюр в случае выступления с оркестром или исполнения концертмейстером чисто фортепианных пьес. При этом если усталость и была, то она не была заметна. Это ли не свидетельство мастерства?!

Певица владеет большим диапазоном динамических красок и оттенков. Даже на форте, где большинство сегодняшних сопрано срываются на фальцет, если не визг, её верха звучат очень благородно. Её форте вообще благородно, а кантилена превосходна.

С французским шармом прозвучал романс «Пробуждение» Габриэля Форе. Но самое ценное, что даже в романсах Рахманинова (хотя в них это сделать проще простого) певица не вышла за пределы хорошего вкуса. Тонко прозвучала «Сирень», и на её фоне ярко, но без излишнего форсирования звука были исполнены «Весенние воды» Рахманинова.

Второе отделение Динара Алиева начала совершенно незапетыми романсами Кара Караева на стихи Пушкина «На холмах Грузии…» и «Я вас любил», прозвучавшими очень свежо, несмотря на неизбежное сравнение с каноническими образцами.

Переход от романсовой части концерта к оперной у Алиевой произошёл легко: всё же стихия оперы ей гораздо ближе, и в ней она чувствует себя очень свободной. Певица заменила в ней сцену Русалки из оперы Дворжака на очень яркую в её исполнении арию Тоски «Vissi d'arte, vissi d'amore» из второго действия. Это один из её коронных номеров.

Драматический талант Динара Алиева продемонстрировала в выходной арии Адриенны «Ecco, respiro appena...» из оперы Чилеа «Адриенна Лекуврер». Она начала её, как и положено в этой опере, с того, что выходя на сцену она декламировала кусок роли, которую она учила в тот момент, причём делала это мастерски и убедительно.

Объявленную часть программы триумфально завершила ария Леоноры «Pace, pace mio Dio» из последней картины оперы Верди «Сила судьбы». Причём спета она была таким свежим голосом и полным дыханием, будто не было перед тем огромной сольной программы. На бис певица с тем же блеском исполнила романс Антонина Дворжака «Мелодия» и «Be my love» Николаса Бродски.

Особо надо сказать о концертмейстере Марине Агафонниковой. Это не просто аккомпанемент, а настоящее сотворчество. Агафонникова бережно вела певицу через все сложности музыкальных текстов. Мне кажется, что в хорошем вкусе Алиевой велика доля труда и таланта Марины Агафонниковой. При этом она владеет прекрасным пианизмом, без которого не стоит браться за аккомпанемент рахманиновским романсам или Чайковскому. Рояль у неё звучал прекрасно, и даже в проигрышах она не позволяла себе выходить за границы общего динамического характера романса. Готовить программу и выступать с таким концертмейстером – это большая и не столь частая удача. Ансамбль Алиевой и Агафонниковой – высшего качества.

Хотелось бы пожелать Динаре Алиевой уделять больше внимание камерному пению – у неё это получается лучше, чем у большинства оперных певцов и певиц.

Тем более стоит помнить, что именно камерный вокал продлевает творческую карьеру певцов, оставляющих оперную сцену. Сегодняшние реалии в мире оперы заставляют заранее задумываться над этим. Современный оперный менеджмент безжалостен – голос эксплуатируется так жестоко, что почти все певцы теряют его гораздо раньше, чем в былые времена. Да и зачем менеджеру беречь голоса – новых претендентов более чем достаточно. Судьба же отработанного материала его волнует мало. О том, что это не просто материал, а живые люди, вспоминать не принято.

«Жестокий век! Жестокие сердца!»

Быстрый поиск: